Книга Сны Снежной Королевы, страница 62 – Салма Кальк

Кроме двух профессоров, Теодоры с ребёнком и время от времени её мужа, генерала, в доме жил самый старший внук хозяев – Жан-Филипп, молодой человек пятнадцати лет. Он едва ли не на третий день пришёл к Рене и спросил – не будет ли господин Кариньян так любезен и не сходит ли с ним в зал в подвал, очень хочется попробовать обороняться от некроманта, а в классе у них нет ни одного. И до академии ему не светит, а он бы попытался. Попутно выяснилось, что отец молодого человека, сын профессоров – командующий Магическим Легионом. И молодой человек хочет быть не хуже. В итоге в подвал пошли толпой – вместе с Жийоной и Теодорой, Теодора очень ловко начала командовать, и у них вышла отличная тренировка. Расходились довольные, и договорились повторять регулярно.

В общем, времени не было. Совсем не было. А ведь хотелось и просто посидеть в обнимку, а то и не только посидеть. И спать потом оказывалось некогда.

Но сессия завершилась, можно было выдохнуть – и поискать квартиру где-нибудь неподалёку, чтобы не слишком долго добираться до учёбы. Квартира нашлась, и всё в ней Жийоне нравилось – и три комнаты, и большие окна, и даже кое-какие магические коммуникации – тепло и вода. Рене бурчал, что квартиру нужно не арендовать, а покупать, и обустраивать по-человечески, но ей и здесь было хорошо. А своя квартира... потом.

Они переехали при помощи Саважей – Теодоры, её мужа Риккардо и юного Жана-Филиппа, который взял с них обещание приходить тренироваться не менее трёх раз в неделю. И целых три дня просто не выбирались наружу – как когда-то перед новым годом в Льене, будто в другой жизни. Даже еду не готовили, заказывали в местных доставках.

А потом профессор Саваж позвал их на воскресный обед, и велел прибыть за час – сказал, есть дело.

В кабинете профессора уютно потрескивали дрова в камине, а рядом с камином на стуле стояла корзина с волшебными ящерицами Теодоры. Теплолюбивые звери спали, свесив хвосты наружу, профессор просил кого-то по магической связи принести арро и закусок, нет, это никак не помешает обеду, да помилуйте, что может помешать хорошему обеду? А из-за стола навстречу им поднялась девушка, несомненный некромант.

Кажется, помладше их с Рене. Классический некромант – сероглазая высокая стройная блондинка.

— Изабель, - представилась она.

— Изабель де Риньи-Кордье, - уточнил профессор. – Моя выпускница позапрошлого года.

— Что? – не поверила Жийона.

— Вот-вот, дорогая Жийона. Сдаётся мне, вы хоть и дальние, но родственницы, и давайте выяснять, насколько дальние.

Жийона к тому моменту уже знала, что профессор очень интересуется родословными некромантов – кто и откуда, и где ещё могут родиться дети со способностями.

— Моя фамилия – от прабабушки. Её звали Аделин Кордье.

— Замечательно, - кивнул профессор. – А что ты знаешь о её родителях?

— Знаю, что отца её звали Луи Кордье, и он был некромантом, а её мать – из простецов.

— У меня мама из Кордье, - сказала Изабель. – Её отца звали Антуан.

— Так, смотрим, - профессор запустил на экране планшета что-то, оказалось – хитрую программу для построения генеалогических схем. – Вообще некроманты Кордье зародились в семнадцатом веке, когда некий Лионель де Саваж женился на некоей Мари-Изабель де Линь, а их дочь Жийона стала потом женой некоего Антуана Кордье. Мне не удалось установить, были ли до того в роду Кордье некроманты, или же только стихийники, но иногда бывает достаточно одной одарённой дамы. Трое их детей оказались некромантами. И дальше мы довольно долго имеем устойчивую линию наследования, видите? До конца девятнадцатого века. И здесь у нас три брата – старший Жан, средний Шарль и младший Луи – не тот ли самый? Сведений о нём у меня нет, он, как считается, откололся от семьи по каким-то причинам и пропал из семейных хроник. И вот он у нас, видимо, как раз стал отцом Аделин Кордье и прапрадедом Жийоны Кордье. Тогда как сидящая здесь Изабель происходит от Шарля Кордье.