Книга Медведь и русалка, страница 54 – Салма Кальк

— Да нормально, - пожал он плечами. – Я думал, будет хреново, капец и позор. Но как-то прокатило. Ещё пойду.

— Вот и славно.

Кажется, для него это много значит. И нужно поддержать.

Медведь пошёл ещё, и потом ещё, а потом неделя кончилась и ему заплатили деньги. Совсем немного, прямо скажем, за три-то тренировки, но он смотрел на свой профиль в банковском приложении и не мог поверить, что это он сам заработал те деньги, и не склад сторожил, не ящики грузил, и не морду бил кому-то на заказ, как некоторые знакомцы. А делал что-то такое, чему он никогда не придавал значения, но за что, оказывается, готовы платить. Ни хрена себе, да?

Значит, после пар пойдём в любимую рыбонькину кафешку, и пусть она там ест свои любимые пирожные. Ему сильно сладко, он вообще не понимает, как такое едят, всё ж внутри слипнется непременно, ему бы мяса, а она – ничего, ест и улыбается, и говорит, что ей круто. Что у неё дома такого не бывает, только у людей, и пока она тут – надо успевать наедаться.

Медведь, помнится, сделал стойку сразу же – что значит «пока она тут»? Она, правда, сказала, что тут останется ещё два с лишним года, а что потом – то отсюда никто и не увидит. И что он сам будет хотеть и мочь тогда, тоже никто отсюда не видит. Поэтому – доедаем и пошли ко мне.

Это он прекрасно понимал – про доедаем и пошли ко мне. Доел, и они пошли.

И вот, сегодня тоже пойдут, да? Пар всего три, физкультура и две специальности, это у боевиков, у водников тоже специальность и факультатив какой-то, что ли. А после – гулять!

Он прибежал в раздевалку как раз только чтобы успеть быстро-быстро переодеться на физкультуру. Вуату как раз рот открыл, чтобы начать наезжать на опоздавших… а опоздавших-то и нет, ни одного.

— Второй курс молодцы, подтянулись. Доброе утро всем, бегом марш.

Бегом – это понятно и нормально. Опять же, разогреться перед практикой.

На практику мигрировали сразу в зал, в раздевалку только вещи забросили. И почти все растянулись в зале прямо на полу.

— Ты чего такой радостный? – спросил вдруг Флинн.

— Я радостный? – не понял Медведь.

— Ну да. Прямо сияешь, как будто это и не ты.

Медведь сам не знал, что заставило его брякнуть:

— Зарплату получил.

— Офигеть, ты когда успеваешь? И где? – тут же вскинулся Флинн.

Он-то тоже разрывается между учёбой и ночами с Лои, дай волю – учёба отпадёт в полуфинале.

— Рано утром, с шести до семи, - буркнул Медведь.

— Блин, ты силён. И что делаешь?

— Тренировки веду в тренажёрке. В обычной, не магической.

— Слушай, а это тема. Слышишь, да? – он толкнул лежащего рядом с закрытыми глазами Саважа.

— А? – открыл тот один глаз. – Отстань, спать хочу.

— Тебе-то кто спать не давал? – ухмыльнулся Флинн.

— Всё тебе расскажи, - Саваж отскрёбся от пола и глянул уже осмысленно. – Чего ты хотел-то?

Трепло Флинн тут же выложил – вот, а Медведь-то наш крут, работу нашёл

— Поздравляю, - серьёзно сказал Саваж. – Молодец, так держать. Только не уходи в неё совсем, как Жиль, потому что работа работой, а если будет диплом – то возможностей той работы будет больше.

— А с чем тут поздравлять? – поинтересовался новенький, тот самый, который завёлся у них на этой неделе и останется до конца семестра.

Новенький этот по манерам был как Саваж – весь лощёный и приглаженный, и тоже отличник. Но программа в их Академии немного отличалась, поэтому он далеко не всё мог на физкультуре, не всё знал по специальности, и не во всё въезжал на теории магии.