Книга Демоны Олимпа: Мой дорогой злодей, страница 115 – Валентина Зайцева

— Что мой парень? — от неожиданности вздрагиваю я.

Карина хитро ухмыляется:

— Ну какой он? Добрый? Симпатичный? Хотя о чём я, если вы вместе, то он точно красавчик. Но у вас всё серьёзно?

Я машу руками:

— Воу-воу, притормози! Нет, ничего подобного. У нас исключительно физическое влечение, без всякой этой вашей романтики.

— О... — Она разочарованно хлопает ресницами, явно ожидавшая красивой сказки.

— Всё слишком сложно для настоящих отношений.

— Потому что он старше?

— Потому что он сам по себе слишком сложный, — поправляю я. — Как головоломка, внутри которой заложена граната.

Карина внимательно смотрит на меня и тихо говорит:

— Ну, главное, чтобы он делал тебя счастливой. Я знаю, сколько дрянных парней встречалось тебе раньше. Ты заслуживаешь того, кто будет относиться к тебе с уважением.

— Главное, чтобы это был не Олег, — добавляю я с усмешкой.

Она смущенно смеётся:

— Это точно.

Когда я выхожу из штаба, на душе становится намного светлее. Но слова Карины о том, что я заслуживаю хорошего отношения, не выходят у меня из головы. Какова вероятность найти парня, который будет относиться ко мне так, как надо, и давать всё, чего я хочу? Судя по моему опыту — ровно ноль процентов.

Но когда я прихожу на тренировку по плаванию, у бортика бассейна нас встречает тренер Валерий Александрович.

— Глеба сегодня не будет, — сообщает он нам с Русланом. — Так что сегодняшнее занятие проведу я сам.

Я понимаю, что попала в беду, когда оглядываюсь по сторонам и осознаю, что его действительно нет.

Потому что у меня в груди всё сжимается точно так же, как описывала Карина.

Глеб

— Нет, — сухо отрезаю я и вылезаю из машины Ани. Но тут же с усилием нагибаюсь обратно к открытому окну, избегая её прямого взгляда: — Спасибо, что попыталась помочь.

Хлопаю дверью и ухожу, страстно мечтая только об одном: глушить это хмурое утро жгучим крепким алкоголем или чем угодно ещё, лишь бы глушить паршивое ощущение собственной никчёмности.

Захожу в свой кабинетик при баре и падаю на старенький, продавливающийся диван. Тот самый, на котором мне приходилось коротать ночи до того, как я снял эту скверную конуру возле Академии «Олимп».

В голове несусветная каша. Дурная, тягучая полудрёма, полная обрывков недодуманных мыслей. Никакой ясности, никакой цели. Я просто барахтаюсь в бесконечной веренице проблем, как в омуте, судорожно хватаясь за воздух и не находя под ногами никакой опоры.

В итоге я полчаса просто смотрю в потолок, прокручивая в голове её слова. Снова и снова.

«На тебя и так все смотрят свысока. Твоя репутация и без того разбита в дребезги».

Я и сам это знал. Но когда эта истина сорвалась с её губ, обретя плоть и форму... Боги, она стала реальной, точно тяжелый каменный обух.

Я — ничто. Ни для своей семьи, ни для так называемых друзей, ни для избалованных мажоров из «Олимпа». И уж тем более не для Ани, будь она неладна.

Гена появляется раньше, чем я ожидал. Я даже не успеваю погрузиться в жалость к себе хотя бы по уши, когда он вальяжно подплывает к стойке и выдаёт свою фирменную, ехидную ухмылочку:

— Ну что, чемпион, чего нос повесил?

Он явно наслаждается моим видом, а мне меньше всего на свете хочется распевать перед ним арии.

— Не усугубляй, — процеживаю я сквозь зубы. — Мне нужен аванс. Миллион.