Книга Милфа, страница 40 – Маша Малиновская

Дни идут, сливаясь в однообразный поток. Я стараюсь жить привычной жизнью, как будто ничего не изменилось. Сегодня у меня выходной на работе, и утро начинается с уборки, потом готовка, после — разбор Костиных подростковых вещей, которые хранятся в коробках на чердаке. Давно пора было вызвать курьера и отправить их в центр помощи нуждающимся.

Всё как раньше, но ощущения совершенно иные. Будто я — совсем не я.

Тень.

Призрак в собственном доме.

Живу механически, не чувствуя ни вкуса, ни запаха.

Будто не дышу.

Роман, к моему удивлению, тоже как будто даже изменился. Он стал спокойнее. Больше не повышает голос, не указывает требовательно, а разговаривает со мной тихо, размеренно. Кажется, что то утро, когда он поставил свои условия, полностью изменило его.

Или это только кажется? Я не знаю.

Хотя, нет. Знаю.

Люди не меняются. Не стоит быть такой наивной и обманываться.

Больше Роман не упоминает про мою работу, и я даже начинаю надеяться, что этот вопрос закрыт. Или временно отложен.

Он решает всё с Костей: оплачивает лечение пострадавшего мужчины, помогает его семье деньгами. Похоже, человек идет на поправку, а это значит, что угроза тюрьмы для сына уходит на задний план.

Вроде бы всё наладилось, но…. Но только снаружи.

Внутри меня — совершенно иная картина.

Постоянное напряжение и гулкая пустота.

Как будто я все время жду удара или какого-то подвоха. Даже в моменты, когда Роман улыбается или говорит что-то условно доброе, я ловлю себя на мысли, что не могу расслабиться. Слишком хорошо помню, каким он может быть, когда теряет контроль. И эти воспоминания не дают мне покоя. Они точат изнутри, заставляя всё время быть на чеку.

Иногда мне кажется, что он что-то замышляет. Что эта тишина — всего лишь затишье перед бурей. Каждый его взгляд, каждое слово я анализирую до мелочей, выискивая скрытый смысл. Я не могу избавиться от этого чувства, не могу снова начать дышать свободно.

Особенно трудно становится по ночам. Когда дом затихает, а я остаюсь наедине с собой. Роман засыпает рядом, а я лежу в постели, уставившись в потолок, и чувствую, как меня накрывает. Воспоминания о той ночи с Ильей всплывают сами собой, разжигая пламя внутри. Эти мысли обжигают, оставляя на душе горький осадок.

Хорошо хоть Роман не делает попыток к близости. Я бы сейчас точно не смогла — вывернуло бы, едва он коснулся бы меня.

За эти дни Илья звонил раз двадцать. Даже когда дома никого не было, я боялась брать трубку. Что если Роман прослушивает мой телефон? Он имеет такие возможности, уверена.

Эти мысли сводят меня с ума, поэтому я не отвечаю. Но его настойчивость заставляет меня каждый раз вздрагивать. Сердце скачет от каждого вибрирующего сигнала, а руки трясутся, когда я строчку за строчкой удаляю его пропущенные.

Вчера днем ко мне в офис заезжала сестра. Долго хмурилась, явно подозревая неладное в моей жизни.

Я перезвонила Илье с ее телефона. Пока шли гудки, меня трижды в пот бросило. Он ответил почти сразу.

— Лиля?

Догадался, что это я? Как?

— Да, — ответила я слишком быстро. Спину и плечи обсыпало мурашками при звуке его голоса. — Илья, слушай.… Пожалуйста, не звони больше. Всё это ошибка. Понимаешь? Давай просто забудем.

Я закончила разговор, прежде чем он успел что-то ответить. Нажала на отбой, крепко зажмурившись. Сердце разогналось до приступа.