Книга Милфа, страница 34 – Маша Малиновская

Когда он снова растягивает меня членом, я уже полностью распластана, размазана, вне ощущения реальности.

Вот что значит отдаться мужчине. В полном смысле этого слова.

Телом и духом. Всеми ощущениями и эмоциями.

Он трахает меня как грязную шлюху на своем кухонном столе, а я не только позволяю ему это, но и молю о каждом толчке, умоляя делать это ещё глубже и чаще, хотя уже некуда.

Это мое падение? Моя пропасть?

Мой позор?

Но мне сейчас.… всё равно.

Я стону с каждым толчком, пока Илья вбивается в меня всё жёстче и быстрее. Это уже не мягкие плавные толчки с оттяжкой.

Я никогда не стонала во время секса. Мне всегда это казалось вульгарным и неправильным. Но сейчас я не представляю, как ещё выражать свои эмоции. Это невозможно сдерживать. Иначе они попросту разорвут меня.

Голова кругом. Тело в огне. Мысли давно расплавились в жаре костра, на котором я сожгла свою порядочность.

Кто бы мог подумать, что падение в пропасть может быть таким сладким?

Оргазм, мощный и сокрушительный, выносит меня в другую реальность. Выталкивает так жёстко, что я теряю связь с восприятием мира.

Я. Никогда. Такого. Не. Испытывала.

Никогда.

Ощущение, что мое тело распалось на молекулы, а теперь пытается собраться заново, но связи утеряны.

Я даже не сразу осознаю, что дышу. Что мое тело изменило положение в пространстве, потому что его несут на руках, прижав к сильной, крепкой, взмокшей груди.

Каким-то участком мозга отдалённо фиксирую, как прогибается матрас под коленом Ильи, когда он наклоняется, чтобы бережно опустить меня на постель.

Слышу звук вскрываемой бутылки с газировкой. Жадные глотки. Щелчок ручки окна и легкий сквозняк, коснувшийся моей кожи.

Всё это — за кадром реальности. Вспышками. Словно я сплю и сквозь сон выхватываю секунды из сериала, что продолжает идти по телевизору.

— Пить хочешь? — голос Ильи становится маяком, за который я цепляюсь, чтобы снова вползти в реальность.

Приоткрываю глаза, отмечая, что пульс начинает понемногу выравниваться. Пытаюсь сесть и взять стакан, но тело почти не слушается.

— Спасибо, — голос непривычно хрипит, когда всё же обхватываю пальцами холодное стекло и подношу стакан к губам.

Боже, это самая вкусная вода, которую я только пробовала в своей жизни!

Замечаю, как Илья ухмыляется, когда я жадно допиваю всё до последней капли.

— Что? — выдавливаю улыбку и даже решаюсь поднять глаза на него, чем сама себя удивляю.

Надо же, я, кажется, даже не сгораю от стыда, что совершила аморальный поступок, изменив мужу с его племянником. Или это еще меня не догнало последствиями?

— У тебя великолепная грудь, — его взгляд опускается ниже моего подбородка и в глазах парня снова проскальзывает вспышка. М-м-м… так быстро?

— Великолепная? — не могу сдержать улыбку. — Не думала, что молодёжь сейчас использует такую лексику.

— Ну, я хотел сказать охуенная, — падает рядом со мной на постель и легко, едва-едва, прикасается пальцем к моему соску. — Но ты слишком прекрасна для такой грубости, Лиля.

Внутри становится щекотно. Комплимент растекается внутри теплом, и мне хочется улыбаться.

— Знаешь, это не звучит грубо почему-то, — откидываюсь на спину и смотрю в потолок, пока мужские пальцы мягко скользят по моему телу — от груди и вниз ко всё ещё такому чувствительному месту внизу живота.