Книга Мой сводный хулиган, страница 8 – Маша Малиновская

— Было да сплыло.

— После того, как тебе исполнилось восемнадцать. И я тут ничего сделать уже не могу, понимаешь? Ты теперь официально не сирота, а лицо из числа сирот. Не я пишу эти законы. Мне правда очень жаль, Артур, очень, поверь…

Внутри всё клокотало от ярости. Почему всё так несправедливо, блядь? Чем я наследил в прошлой жизни, что всё так валится?

— Я могу идти? – спросил я сквозь зубы, пытаясь не взорваться эмоциями прямо тут у неё в кабинете.

— Иди, Артур, – кивнула Миронова. – И не спеши думать, что всё пропало. Армия молодым людям в подобной твоей ситуации может открыть очень даже неплохие перспективы, если подойти к этому с умом.

Я вышел в коридор и привалился к стене, ощутимо стукнувшись затылком. Надо было собраться и решить что делать, но мысли расползались. Хотелось со всей дури приложиться кулаком в стену, до дрожи в пальцах буквально. Только что это даст? Что изменит?

Я забрал рюкзак в комнате и вышел на остановку. Набрал номер.

— Надо решать вопрос с армией быстрее.

— Привет, Артур, постараемся. Только это… цена уже другая. Сам понимаешь, сейчас проверки, то – сё. Как раз тебе сообщить собирался.

Сообщение с суммой капнуло на телефон через несколько секунд после завершения разговора. И я понял, что мне не потянуть. Это даже больше тех подъёмных, что мне выплатит государство на первое время и обустройство. А жить теперь негде.

Я не против армии в целом. Мало того, я бы хотел отслужить. Как Паша. Но у меня нет столько времени, это год потерять ещё, а потом всё равно всё с нуля. Нельзя. Пашкино состояние и так ухудшается.

Я сел на лавку в остановке и достал телефон. Мысли горели и лихорадочно скреблись в мозгу. Впасть в ярость или апатию я всегда успею, а сейчас нужно было думать, что делать.

И вариантов у меня было немного.

— Слушаю тебя, Артур, – Максим Романович ответил буквально после первого гудка.

— А если я не оправдаю? Если провалюсь, не смогу. Что тогда?

— Сможешь, Артур, если очень постараешься. Ты парень не только с ногами, но и с мозгами, так что всё зависеть от тебя будет, если ты примешь верное решение.

Время решений – так называла совершеннолетие наша воспитатель в детдоме.

“Там за стенами вам придётся всё решать самим: во сколько ложиться спать, во сколько вставать, что есть и как проводить досуг. Самим придётся выбирать друзей и спутника жизни, либо одиночество. Профессию, работу, образ жизни и политические взгляды, и ещё много чего придётся решать. Постоянно делать выбор и принимать решения. Это и есть взрослая жизнь”

Вот и мне нужно выбирать. Уже.

— Я согласен.

— Отлично. Завтра утром будь готов к переезду.

Переезд мы всё же решили перенести на неделю, пока я не заберу документы из школы. На выпускной детдомовцы не идут, у нас будет свой. Вот после него и перееду к тренеру. А он пока, сказал, утрясёт вопрос с моей отсрочкой от армии для поступления. Она и так положена, но Миронова постаралась, чтобы там ребята мною раньше озаботились. Хотела как лучше, но оказалось, что “услужила”.

Я выбежал из раздевалки на поле и начал разминаться. Щиколотку чуть тянуло после прошлой тренировки и надо было быть осторожным.

— Поехали, народ, – привычно махнул парням, чтобы выстраивались для пробежки на разогрев.

Обычно все ждали меня, и к выходу на поле тренера мы уже должны быть разогреты. Вот и сейчас парни выстроились колоннами, и мы медленно побежали по кругу на стадионе.