Книга По его правилам, страница 4 – Маша Малиновская

Когда торжественный классный час был окончен, нас пригласили на общее собрание с 11‑Б в актовом зале, где должны были выступить завуч и директор. Когда мы гудящей толпой ввалились в актовый зал, «бэшки» со своей классной руководительницей уже были там, заняв левую сторону. Но их было мало, и Наталья Анатольевна, наша завуч по учебной работе, попросила их подсесть ближе к нам, чтобы ей не приходилось без микрофона громко распыляться на весь зал.

В предыдущие годы нас так не собирали, но это же только для выпускных классов. И сегодня, кроме торжественного классного часа, нас ждала и серьёзная информация. Список факультативов, ориентация на экзамены, расписание дополнительных занятий, которые будут проводиться сразу для обоих классов, много говорила Наталья Анатольевна и о будущем непонятном ЕГЭ. Что в этом году его сдают многие регионы нашей страны, что система уже налажена, и единый экзамен — настоящий шанс многих поступить в ВУЗы.

— Теперь немного об изменениях, ребята, — заместительница директора выждала, пока некоторые бурновозмущённые несправедливостью того, что им выпала доля сдавать этот непонятный ЕГЭ, притихнут. — У нас ушёл на пенсию учитель химии, теперь у одиннадцатых будет вести новый учитель — Касаткина Ирина Викторовна. Прошу отнестись с пониманием, педагог только пришла работать, возможно, вначале ей будет непросто. Поддержите учителя, наладьте отношения.

Некоторые стали переглядываться, кто‑то из парней друг другу подмигнул. Вот же придурки, уже слюни пустили, хотя даже не видели новенькую химичку. Может, она вообще толстая уродина.

— Физкультуру около двух месяцев у вас будет вести Елена Борисовна, уроки у обоих одиннадцатых будут спарены. Виктор Михайлович сломал ногу и пока находится на больничном.

А вот это довольно удручающая новость. Елена Борисовна Пристоль — сущий кошмар. Она вела у нас до восьмого класса, и это был ужас. После уроков физры хотелось сдохнуть, а если ты не дай Бог опоздал хоть на тридцать секунд, то бегать и приседать будешь пока ей не надоест. С Виктором Михайловичем, в народе просто Витьком, можно договориться, особо не напрягаться, а ладонь на живот и сведённые брови работают безотказно.

— Но и среди вас есть новенькие. В 11‑Б у нас пополнение, — объявила завучка, а у меня во рту стало горьковато от подкатившей неприязни. — Познакомьтесь с Демидом Бахуриным, который перевёлся к нам из двадцать восьмой школы.

Что за имя вообще такое?

Чувствую, как по плечам проходится дрожь. Зарвавшегося придурка надо проучить с самого начала.

— Наталья Анатольевна, а разве из коррекционной школы переводят учеников в обычную? — встала и громко спросила я.

Вокруг все притихли, многие переглянулись, большинство обернулись и бросили недоумевающий удивлённый взгляд на новенького, который вроде бы как оставался беспристрастным, однако я, к своему удовольствию, заметила, как напряглись у него мышцы на шее и заиграли желваки.

Вот и поделом тебе, Демид Бахурин.

— Злата, — завуч немного сконфузилась сначала, но потом взяла себя в руки и деловым тоном заговорила, в котором, кстати, совсем не слышалось осуждения в мою сторону. Она вроде как просто пояснила. — В двадцать восьмой школе есть спецклассы, да, но не все. Демид из общеобразовательного. И, к тому же, в этих классах обучаются такие же ребята, как все вы.