Книга По его правилам, страница 22 – Маша Малиновская

— Выйдите все.

Прозвучало негромко, но с яростной угрозой. Я резко обернулась, прижав так и не надетую водолазку к груди. Посреди узкой раздевалки стоял Бахурин и сверкающими злостью глазами смотрел прямо на меня. А в руках держал ту самую мокрую грязную майку. Я настолько была шокирована тем, что он ворвался в женскую раздевалку, что просто онемела.

— Демид, ты совсем, что ли? — в тишине сказала Лена из 11‑Б. — Это женская раздевалка. Выйди.

— Я попросил всех выйти, — он сказал уже чуть громче. — Свалите быстрее.

Кто‑то кашлянул, кто‑то вздохнул, но все девочки вдруг стали собирать быстро свои вещи и толпиться к выходу. Все, кроме меня. Потому что, во‑первых, я стояла полураздета, а во‑вторых, он пригвоздил меня взглядом, ясно давая понять, что меня это распоряжение не касается.

Даже Соколова что‑то тихо проблеяла, что подождёт в коридоре, и испарилась. Предала меня в очередной раз, оставив в таком виде одну с разъярённым парнем.

Я ощутила, как по спине пробежала волна неприятных мурашек. Какой бы смелой я ни была, этот парень без башки. Он вломился в женскую раздевалку, всех выгнал и теперь стоит в метре от меня и смотрит прожигающим взглядом. И что‑то мне подсказывает, что никто из девочек не решится позвать учителя.

Я же от шока просто остолбенела. Замерла и даже слова из себя выдавить не могла.

— Надевай, — Бахурин протянул мне свою мокрую грязную майку.

— Не буду.

Ответила твёрдо, но пришлось сжать зубы, чтобы он не увидел, как у меня дрогнул подбородок. Пальцы, которыми я со всей силы сжала у груди так и не надетую водолазку, начали неметь.

— Быстро, — парни никогда не разговаривали со мной таким тоном, насквозь прошитым сталью.

— Нет.

— Иначе я надену на тебя это сам. Но сначала сниму то, что на тебе.

— Да пошёл ты, Бахурин, — я ощутила, как вспыхнула кожа на моих щеках.

Стало страшно. Он же уголовник, с него станется сделать как сказал. Позор какой! А я ведь даже закричать не могу, позвать на помощь. Горло сдавило словно клещами. Перед глазами поплыли картинки, как на мой крик сюда врывается толпа, а я стою тут голая в грязной мокрой тряпке. Тогда уж лучше сразу забрать документы из школы и вообще переехать. Или умереть, если на месте от стыда не умру.

Бахурин сделал шаг вперёд, а я отшатнулась назад, но упёрлась спиной в холодную стену. Дыхание сбилось, и мне пришлось вдохнуть через рот. Бахурин чуть наклонился, упёршись одной рукой в стену. Слишком близко. Настолько, что я ощутила на лице его дыхание. Снова тот же запах мятной жвачки.

— Ты, наверное, меня не поняла, Маркиза, — он зажал между пальцами прядь моих волос и протянул по всей длине, скользнув взглядом по обнажённому плечу. — Я не принц и не джентльмен, который будет играть в твои игры. Я обижаю девочек и делаю им больно, если они этого заслуживают. А иногда, когда и не заслуживают. А уж такую стерву, как ты, мне и подавно не жалко.

— Я поняла, что ты без принципов и тормозов, — нельзя позволить ему запугать меня окончательно. — Что дальше будешь делать? Зажмёшь мне пальцы дверью? Что там обычно делают такие, как ты?

— Такие, как я?

Уголовники. Бандиты. Преступники.

Но вслух я ни одно из этих определений озвучить не решилась, а потому просто промолчала.

— Такие, как я, таким, как ты, не пальцы ломают, Маркиза, — он наклонился и прошептал прямо мне в ухо. — Так что тебе стоит фильтровать свои действия и высказывания. Я же тебя уже предупреждал. Не играй с огнём — можешь сильно обжечься.