Книга Без правил, страница 82 – Маша Малиновская

— Если тебя это успокоит, то меня этот малолетний мажор тоже окрутил не так давно. Фетиш у него — девочки постарше. Но я не парюсь — отлично время провела. Я зависаю. Малолетний мажор? Демид хоть и младше этой Татьяны, но под определение малолетнего мажора уж точно слабо подходит.

А женщина тем временем продолжает философствовать.

— Но что ни говори, Стаська хоть и засранец, однако мальчик-конфетка, да, Злата?

Стаська? Несмотря на ситуацию, мне вдруг хочется прыснуть. Если этот домик в лесу — ещё одно семейное гнездышко родственников Бахурина, то я, кажется, догадываюсь, о каком Стасике говорит Татьяна.

Сзади на пустой трассе появляется чёрный внедорожник. Это Бахурин. Быстро он, это же ещё территорию осмотреть надо было.

Тяжело дыша, вжимаюсь в кресло. Татьяна скашивает на меня глаза.

— Ложись. Быстро.

Я ныряю на бок, почти уложив голову ей на колени, стараясь, чтобы меня было не видно в окна машины. Внедорожник выходит на опережение и на скорости проносится мимо.

— Можешь вставать, беглянка, — сообщает Татьяна.

Я поднимаюсь, поправляю волосы и смотрю на неё. Что дальше? Сдаст меня? Высадит прямо сейчас? Зачем ей проблемы.

— Не от Стаськи ты свинтила, как я понимаю, — она пожимает плечами, а я в ответ молчу. — Тот мордоворот в тачке явно зол как чёрт. Но знаешь, Злата, да пошли они все — мужики эти. Тебя куда забросить, кстати?

— Ближайший вокзал, если можно.

— Как скажешь, — Татьяна притормаживает и разворачивается, направляясь в обратную сторону.

Хорошо, что Татьяна отвезла меня не на Московский вокзал, а на небольшую автостанцию в пригороде. Сама не знаю, каким чудом мне удалось взять билет на автобус по водительскому удостоверению. Во всем мире это нормальная практика, но у нас требуют паспорт обычно.

Вопросов моя попутчица не задавала, чему я была очень рада. Понимаю, что доверять никому не стоит, но в данной ситуации выбора у меня особо и нет.

Я сажусь в автобус, откидываюсь на спинку и прикрываю глаза. Пока убегала, держала себя в тонусе, а сейчас, когда нужно просто ждать, пока автобус привезёт меня в родной городок, наступила пауза, и мозг начал самоанализ. И обычно данная его деятельность не очень хорошо сказывается на моей психике.

Рядом на кресло садится какой-то мужчина в возрасте, говорит, что если мне нужен будет доступ к багажу, он без проблем пропустит.

Я киваю, не став вдаваться в подробности, что никакого багажа у меня и нет. Потом мой спутник надевает очки, достаёт электронную книгу с видом «да, вот такой я современный» и уходит в чтение.

Автобус отправляется, выезжает на трассу и набирает скорость. Хорошо, что он не заходит на вокзалы столицы, откуда в этом направлении идут другие. Я умащиваюсь в кресле поудобнее, наблюдая осень за окном. Она уже полностью вступила в свои права. Серость, унылость, печаль… Крупные капли редкого дождя на стёклах окон автобуса от движения ползут под косым углом, барабанят по металлической крыше.

В груди сжимаются тиски. Боль не острая. Она будто вновь проснувшееся хроническое заболевание — ноет, саднит, заставляет глубоко вздыхать в тщетной попытке обогатить кислородом сдавленную грудную клетку. Со мной случилось то, чего я так старательно осознанно и подсознательно пыталась избегать — надежды. Пустой и глупой. Позволила душе вспорхнуть, чтобы вскоре упасть на камни.