Книга Я вернусь в твою жизнь, страница 48 – Маша Малиновская

Улыбка невероятная, как магнит. Богат, успешен. Горяч! Любая бы в обморок упала, обратись он к ней с этим своим “сеньора”, сказанным низким бархатным тембром.

А у меня пустыня внутри. Сахара. Выжжено.

И почему я такая… никакая?

Иссушена своей любовью, что-то сломавшей во мне.

— Марио! — слышу за спиной голос, наполненный ощутимой прохладой. — Вы в России? Бизнес привёл?

Семён подходит и становится рядом со мной. Настолько близко, что мне хочется сделать шаг в сторону. Не могу я выдерживать его близость, ломаюсь и осыпаюсь.

— Сеньор Радич, — удивлённо поднимает брови Кортес. — Неожиданная встреча. Нет, в этот раз я по личному.

— Смотрю, вы поднаторели в русском. И переводчик не нужен, — я чувствую сарказм в словах Семёна, мне становится очень неуютно.

— Учил день в день, — кивает Марио, и я едва успеваю прикусить язык, чтобы не подправить его. Наверное, это преподавательское — сколько бы ни прошло вне профессии, до конца не избавиться. Рефлекс. — А вы тут какими судьбами, Семён?

— Моя дочь находится в этой клинике после операции.

— О, сочувствую, — понимающе кивает Марио, а потом на мгновенье сводит брови, переводит взгляд с Семёна на меня и обратно. — Оу, — добавляет уже иначе.

Я не выдерживаю и опускаю глаза. Буквально кожей ощущаю, как между нами тремя натягивается нить напряжения. Воздух становится тяжёлым и давит в груди при вдохе. Хочется толкнуть Семёна в грудь обеими руками и спросить “какого чёрта?”. Он ведь не просто так подошёл и сказал про Настю. Он хотел смутить меня и Марио.

— Не знал, что вы… вы больше не брак, — голос испанца едва заметно, но всё же меняется. Становится твёрже, мягкая бархатистость растворяется.

— Мы не в браке, — вскидываю на него глаза. — И никогда не были. У нас просто общий ребёнок, а у Семёна своя семья. И вообще… Семён, извини, мы с Марио собирались выпить кофе.

— Отличная идея, — кивает Радич. — Я как раз тоже хотел. И буду рад узнать, как дела у моего дорогого испанского партнёра.

Мне хочется сквозь землю провалиться. И уж точно не идти пить кофе в компании Марио и Семёна. И пусть это не совсем свидание, но я не собираюсь позволять Бамблби портить мне жизнь во всём, в чём только можно.

Кортес тоже счастьем не светится от нежданной компании. Но выбора у нас, кажется, нет.

Мы заходим в кофейню и выбираем один из столиков. Семён садится на диванчик рядом со мной, а Марио напротив. Через пару минут нам приносят кофе. Мужчины начинают разговаривать о делах, о бизнесе. В общем, и ни о чём конкретном. Я же не знаю, куда себя деть. Мне некомфортно. Будто на иголках сижу. Близость Семёна и внимательный взгляд Марио напрягают.

— Я пойду к Насте, — в итоге встаю. — Да и с Верой хочу пообщаться. А вы тут болтайте. Марио, я напишу тебе вечером, — добавляю мягко и замечаю, как у Радича натягиваются желваки, а рука на колене под столом сжимается в кулак.

Марио улыбается мне и кивает, но я вижу в его взгляде некий вопрос. Сомневается? Не хочет портить отношения с бизнес-партнёром? Ну что ж, тогда счастливого пути в Испанию, амиго.

Я возвращаюсь в палату к Насте. Они с Верой как раз с чего-то весело смеются. Настя выглядит счастливой, довольной. Я застываю на входе в палату, опираюсь на косяк двери плечом и просто наблюдаю за ними. Замечаю, что, оказывается, тётя и племянница очень похожи. И, если судить из того, что я знаю о Вере, и по характеру тоже.