Книга Ярый. Пташка в клетке, страница 56 – Любовь Сергеева

— Ну что, тебя мама не учила, что подслушивать нехорошо?

Его глаза недобро сужаются.

У меня от страха пересыхает в горле. С трудом сглатываю.

Хватает меня за локоть и вытаскивает из комнаты.

— Ну раз ты очнулась и чувствуешь себя настолько хорошо, чтобы подслушивать, то пойдем-ка поговорим. Нам нужно кое-что прояснить…

Кир

— Ты какого хуя учудила, блять?

Накидываюсь на девчонку едва втащив ее в комнату.

Парни с интересом наблюдают за нами.

Вижу их жадные заинтересованные взгляды, которые скользят по голым ножкам Полины и моей бесформенной футболке, прикрывающей ее фигуру.

Девочку знобит. Наверное от этого ее стоящие торчком сисечки светят остриями сосков.

Блядь.

Не смотря на ранение и большую кровопотерю чувствую как начинает напрягаться член.

Смотрю на нее. Она на меня — снизу вверх.

Глазища — просто огромные. подернутые сексуальной влагой.

Дико возбуждающие.

Она считывает мой взгляд и краснеет как школьница.

Угораздило же, блядь, связаться.

И, главное, она нужна мне.

И бесит — вечно пытается съебать куда-то.

Была бы мужиком — давно уебал бы!

— Ну, — нависаю над ней, — скажешь что-нибудь или только прижиматься ухом к двери горазда?

— Я не прижималась, — голос ее дрожит от внутреннего напряжения, но звучит на удивление твердо. — Я хотела выйти и услышала стук и ругань…

— Выйти чтоб опять съебнуть?

Надо устроить ей хорошую встряску — покорнее будет.

Молчит.

— И хули ты молчишь?

Опускает глаза. Краснеет. Заметная дрожь сотрясает ее тело.

— Ну, я жду.

— Можно не кричать на меня и не материться?

Нихуясе.

Я аж отпрянул — у пташки голосок прорезался.

— А не то? — прищуриваюсь я.

Молчит. Только упрямо сжимает губы.

Ладно. Надо сбавить обороты.

— Иди сядь вон туда…

Киваю на кресло.

— А можешь и ко мне на колени, девочка, — подает голос один из ребят. — У меня есть для тебя кое-что вкусненькое…

— Заткнись, — обрываю его я.

И обращаясь к Полине, заглядываю ей в глаза:

— Иди, не бойся. Никто пальцем не тронет.

— Ярый, ты что-то базар совсем перестал фильтровать, — возникает парень.

Винт — его погоняло.

Терпеть не могу наркоманов. Они все конченные уебки, но конкретно у этого долбаеба — папаша ментовской полкан.

Во жизнь выкрутасы делает, ага!

Винт — полезный паренек. Хоть и порядком всех заебал, включая папочку и мамочку.

Полезный-то полезный, только вот прямого наезда я не потерплю.

Пусть его батя хоть до генерала допрыгнет. Или до маршаа.

Похуйваще.

— Че ты там вякнул, а?

Поворачиваюсь к Винту и пригвождаю его взглядом.

Смотрю в бегающие глазенки и пытаюсь поймать его взгляд.

Опять под кайфом.

Вот гандон!

Это прямое нарушение запрета.

— Слышь, ты че там, под дозой что ли?

Винт хоть и обсирается со страху, но под наркотой чувствует себя героем.

— Ты за базаром следи, Ярый. А то на правило встать недолго…

Он не успевает среагировать. Вот вообще никак.

Куда этому обдолбышу.

Я одним скачком — за долю секунды сокращаю расстояние и прямым мидлкиком крошу ему лицо.

Хруст ломаемых костей сопровождается воем Винта.

Он откидывается в кресле пуская розовые кровавые пузыри.

Я прикидываю добавить ему или хватит. И что вообще делать с этим куском говна.

Так-то он вроде и полезен, но что-то уж больно ахуел — потерялся в атаке.

— Еще раз вякнешь что-нибудь подобное — отправлю на корм свиньям, понял?