Книга Свято место, страница 63 – Тем Гарценштейн

В шестнадцать лет, научившись делать свой первый яд, Гретхен поняла, что это начало торжественного пути, в конце которого ее ждет отец, и никак не воображаемый, а самый настоящий. Мразь и подлец. Густав Верденберг.

Это он контролировал черный рынок, это он следил за тем, чтобы липкие от позора бордели работали без проблем и перерывов. Она должна его убить – так говорило пророчество, дошедшее до Вассы Альбур. Гретхен не задавала вопросов, потому что приемная мать никогда не ошибалась, а удобно взращенный страх перед Густавом стал отличной почвой для ненависти.

Она его боялась и презирала, даже не догадываясь, что эти чувства связывали их сильнее, чем других любовь.

* * *

Флориан меланхолично смотрел в распахнутое окно. Комната светлая и просторная, но стульев обычно не хватало. Герман, скрестив длинные ноги и отодвинув фикус, сидел на подоконнике.

В центре доски висела пожелтевшая карта, на которой черным пунктиром были отмечены границы. Флориан обвел указкой крошечную область практически в самом углу, недалеко от треугольного леса.

— Надо навестить Скавронскую на шахте. – Он бросил взгляд на Милу, которая думала, что ее никто не видит, и пыталась дотянуть короткую прядку до кончика носа. – Хочешь увидеть мать?

Мила вздрогнула, быстро опустила руки под стол.

— Что?.. А, да, конечно. В последнем письме она говорила, что уже все готово – металл обработан и отлит в формы.

— Есть новости из шахты? – уточнил Тихон. – Тогда в чем смысл нам туда ехать, если можно дождаться посыльного с грузом? Экспедиция в Мидольск выйдет, простите, затратной.

Он сидел на первой парте как самый ответственный ученик. Серебряный сюртук из тончайшего камлота, упругие длинные кудри перевязаны голубой атласной лентой, по-девичьи длинные коричневые ресницы бросали тени на бледные щеки.

Флориан медленно зашагал между столов.

— Груз особо ценный. Полагаю, Скавронской удалось отлить пули из азирвальдита.

По кабинету легким шелестом пролетел шепот.

Все знали, что инженерно-оружейный отдел разделился на две части, и вторая, которую с самого начала возглавляла мать Милы, трудилась недалеко от старой шахты Исаака Винклера. С легкой руки княгини (Юстин, правда, написал ей замечательное письмо) урвали себе прозябающий цех и развернули там производство. За четыре года ни весточки.

Азирвальдит, бледно-голубой металл, прежде использовался для ювелирных украшений. Он обладал мягким сиянием и на свету переливался, как чистый снег.

Но позже, когда с восточных рудников империи стали привозить золото, азирвальдит резко потерял в цене. А со временем мастеров, способных укротить этот сложный металл, не осталось. Шахты закрылись, азирвальдит превратился в старую легенду, что сверкала теперь только в тиаре княгини.

— Полагаю, операция на юге откладывается? – Тихон задумчиво пригладил аккуратные усики. – Что там в волонтерских отчетах?

— Пусто в отчетах. Никто ничего толкового не видел. А вот запах мокрой земли есть, – вздохнул Флориан.

— Дождя часом не было? – поинтересовался Филат, почесав крупный мясистый нос.

— Какой ты умный, – закатил глаза Флориан, – мы же учебные собрания веселья ради проводим.

— Да я просто спросил…

— Во-первых, дурная ты голова, запах мокрой земли перед появлением Венца отличается от привычного. Он намного сильнее. Во-вторых, я хоть и хочу, чтобы вы мозги использовали, но думать поперек начальству не надо.