Книга Шрам на кости, страница 77 – Софи Джордан

Повисло молчание. Продолжая наблюдать за танцующими, я потягивала вино и размышляла, сколько еще времени мне нужно провести здесь, чтобы соблюсти приличия. Хотелось только одного: извиниться перед всеми и укрыться на ночь в своей комнате, обретя столь заманчивое уединение.

Я резко села на кровати. Слетавший с губ хриплый отчаянный крик эхом отражался от стен. На языке остался привкус пепла – шероховатый, словно песок, он оседал на нёбе и зубах.

Я замолчала, и крик оборвался, будто унесенный порывом ветра.

Все тело сотрясала дрожь. Покачнувшись, я рухнула спиной на кровать, судорожно хватая воздух, сглатывая едкий привкус и борясь с огнем, грозящим вырваться наружу.

Изо рта вылетали рыдания, пробивавшиеся сквозь потрескивающее внутри пламя.

Мне приснился кошмар. В очередной раз.

Кошмары не отпускали меня во время пребывания в свефне и, похоже, преследовали до сих пор.

Я поднесла ладонь к глазам, вытянула пальцы, согнула, снова разогнула, пошевелила. Темноту вокруг нарушали пятна драгоценных камней на стене, которые переливались всеми цветами радуги. Ночью их блеск смягчался, становясь более приглушенным, будто они намеренно «выключались», чтобы дать мне возможность уснуть.

Ладонь запульсировала. Крестообразный шрам на коже саднил, напоминая о себе, как если бы ночной кошмар растревожил и его. От шрама шло покалывание, распространяясь по руке до самых подушечек пальцев и затупленных кончиков ногтей.

Я тяжело дышала, словно только что пробежала длинное расстояние. Закрыв глаза, я стиснула пальцы в кулак, сжала изо всех сил в попытке прекратить это покалывание.

Тряхнув головой, постаралась прогнать неясные остатки сна, но они еще цеплялись за мой разум, обвивали крепкой, будто веревка, лозой и отказывались отпускать.

Во сне я видела Фелла, который протягивал ко мне руку. Однако прежде, чем я успела до него добраться, он исчез в темноте. Его лицо исказилось, став мешаниной изломанных теней, и лишь голос звал меня из какой-то темной бездны – из пустоты, в которую я не могла ни проникнуть, ни заглянуть.

— Фелл, – чуть слышно выдохнула я. Мой голос отнюдь не походил на голос героя, способного кого-либо спасти.

Сон казался очень… реальным.

Фелл выглядел настоящим. Живым.

Хотя, конечно, это невозможно. Он не мог быть здесь. Да и вообще нигде. Больше – нет.

Тем не менее я спросила дрожащим шепотом:

— Ты здесь?

Ответа не последовало.

Умом я понимала, что мне никто не ответит, но все равно спросила. А теперь ждала, прислушивалась и надеялась, гоня от себя мысли о собственной дурости. В конце концов, в этом мире существовала магия. Частичка ее находилась и во мне, и в Фелле… Так почему бы не потратить несколько долгих мгновений ночи на веру в невозможное?

Внезапно занавеска, закрывавшая дверь в мою комнату, отошла в сторону, и в проеме мелькнул темный силуэт. Миг спустя занавеска с тихим шелестом вернулась на место.

Я напряглась, скользя взглядом по комнате. Зрение, привыкая к полумраку, постепенно обострялось, а внутри, откуда-то из живота, к горлу поднимался жар, готовый выплеснуться наружу и защитить меня от незваного гостя. Как ни крути, а не все в стае относились ко мне по-доброму…

Фигура двинулась вперед, направляясь туда, где я съежилась в мехах на своей кровати, шаги тихо шуршали по застеленному ковром каменному полу. Но когда я сумела рассмотреть лицо пришельца, сжимавшая грудь тяжесть внезапно ослабла, будто лопнувший пояс.