Книга Восемь недель за вуалью, страница 49 – Дарья Верескова

— Что, Фран?

— Что даже сейчас ты думаешь только о себе. Например о том, что считаешь себя сверхчеловеком.

Я сглотнула, не желая обнажать перед ним чувства, но почему-то мне показалось, что именно в этот момент до него можно достучаться.

— Тебя не заботит, что я думаю по этому поводу. Тебе не важно, что я уже столько раз сказала «нет». Ты проверяешь какие-то свои теории, не думая о том, что я не хочу даже видеть тебя. Что я была с тобой четыре года, что мне может быть больно от одного твоего вида, что из‑за тебя весь отряд знает о наших отношениях и о том, что ты мне изменял. А теперь и де Лоренцы.

Я не собиралась рассказывать о странном поведении Эллен, которая жалила меня словами, словно пыталась отыграться за боль, причинённую ей самим Роем. Чем больше я наблюдала за ними, тем яснее понимала, насколько их отношения были странными — и далёкими от счастливых.

Не сводила взгляда с Роя, надеясь, что он услышал меня в этот раз. И мучительно горько закрыла глаза, услышав его смешок. Какие бы выводы он ни сделал — они явно его обрадовали.

— Тебе небезразлично, Фран. Остальное придёт. Ты не в состоянии пока понять всё, но со временем ты привыкнешь, тем более, у тебя впереди долгая и здоровая жизнь.

Ладонь на моей икре скользнула до колена, обхватив ногу. И мне вдруг стало до тошноты отвратительно от всего происходящего…

Он сидел здесь ночью, пока его жена находилась в соседней комнате, а другая девушка — та, которую он обещал сделать второй, точнее, первой женой — была где-то недалеко, в поместье.

— Я уже сказала: не собираюсь участвовать в вашем бредовом ритуале. Хочешь становиться сверхчеловеком, или кем ты там ещё собрался быть — делай это без меня. «Нет» значит «нет»!.

Рой ничего не ответил. Он лишь наклонил голову, рассматривая меня почти с безумием в глазах. Мне даже показалось, что он меня не видит, а пытается осознать что-то внутри себя.

— Ты что же, снова попытаешься меня изнасиловать, как пытался там, у пещеры? — я не позволяла себе испугаться.

Рой, которого я знала полтора года назад, и этот человек казались слишком разными.

Феррел дёрнулся, сузив глаза, и его лицо исчезло в темноте.

— Ты сама этого хочешь, — ответил он, убирая руку и вставая. — Завтра мы все отправимся в храм Этарра, ты увидишь Око Дракона своими глазами и летописи древних. Всё это не случайно. Ты здесь не случайно. Это должно было произойти, Фран. Отдыхай.

Он ушёл, не оборачиваясь, оставив меня «отдыхать» — в полнейшем внутреннем раздрае.

* * *

На следующее утро я оказалась не в храме, а в госпитале.

— Ты выглядишь лучше, — я не могла поверить своим глазам.

Всего лишь один день покоя, еды, воды и обработанных ран — и Таррен был неузнаваем. Казалось, будто за сутки на нём наросло три килограмма, не меньше. Правда, кожа выглядела ещё хуже, чем вчера. Там, где я её видела, образовалась плотная жёлто-коричневая корочка, в местах потрескавшаяся, с сукровицей.

— Когда ты собираешься уходить? — спросил он первым делом.

И даже его голос... В нём впервые появился какой-то глубокий тон, слышалась сила, которая совершенно не сочеталась с измождённым, больным телом, на которое даже работницы госпиталя часто не могли смотреть.

— Мы ещё обсуждаем это с командиром, но, скорее всего, через десять дней или чуть позже. К тебе вернулись воспоминания?