Книга Вторая попытка для попаданки 1, страница 112 – Дарья Верескова

И на лице Макса было точно такое же довольное выражение, когда он увидел мою реакцию.

Макс отодвинул для меня стул, чтобы я могла присесть, а затем занял своё место напротив. Никто не подошёл к нам по поводу заказа, и я поняла, что меню было обговорено заранее: вскоре нам принесли тарталетки с красной рыбой. Здесь подавали только закуски, в определённом порядке, и подходящие к ним напитки. Я видела, что за соседними столиками подавали игристое вино, но Макс выбрал безалкогольный вариант, и я вновь была благодарна ему за это.

— Удивил, — произнесла я, после чего Фуллагар расцвел в ещё большей улыбке, словно не слышал лучшей похвалы.

— И очень этому рад, — сказал он, а затем передвинул свой стул так, чтобы мы сидели не напротив друг друга, а рядом, и теперь смотрели в одну сторону.

Макса не особенно интересовала еда, он постоянно смотрел на меня, и сидел настолько близко, что наши плечи и бедра соприкасались. Его поведение совершенно точно не оставляло меня равнодушной, мое сердце не желало успокаиваться и я чувствовала, что румянец не сходил с моих щек. Я видела, что нравлюсь ему. Он на самом деле старался, очень хотел понравиться мне.

Но я всё равно не готова была вступать с ним ни в какие отношения, особенно в те, которые он предлагал — без обязательств.

— Готова к диплому? — спросил он после того, как я расправилась с первой тарталеткой. — Все в академии так волнуются.

— А ты нет? — спросила я в ответ. — В конце концов, потом на нас наложат ограничение. Что если мы потеряем часть своих способностей?

Макс улыбнулся безмятежно, словно его это не волновало, хотя я знала, что экзамены у стихийников очень тяжёлые и требуют резерва именно в день самого диплома, который будет через несколько дней после нашей защиты. В это же время артефакторам, например, разрешали заряжать их приборы заранее. А ведь волнение и расстройство очень сказываются на резерве.

— Не особо, если честно. Я чувствую свою магию как часть себя, мы с ней одно целое. Я даже не понимаю, как ваша магия работает. Если бы я был на твоём факультете, мне точно наступил бы конец, у вас из всех самая неблагодарная работа. Хотя нет, зельеварам тоже не повезло.

Я рассмеялась, понимая, что Макс повторяет то, о чём думают все, а потом заметила, что Фуллагар не сводит с меня взгляда.

— Что? — спросила я, думая, что у меня застряла еда между зубов.

— Ничего, — покачал головой стихийник. — Просто… ты очень красивая, особенно когда улыбаешься.

Мои щеки покраснели еще больше от его комплимента и жаркого взгляда и я поспешила вернуть разговор в прежнее русло.

— Ты же понимаешь, что мой дар означает не только то, что я отдаю магию в артефакт, но и то, что у нас в крови желание экспериментировать и комбинировать? То, что вам кажется сложным, для нас так же естественно, как для тебя вызывать огненные сферы.

— Конечно понимаю. Мой отец артефактор. И моя мать… тоже была артефактором.

Я очень удивилась, услышав это. Я ничего не знала о маме Макса, вся информация о ней была скрыта. Знала лишь, что Джулиан был рождён от другой женщины, с которой Тед Фуллагар тоже развёлся вскоре после рождения сына.

Я не знала, насколько тема матери была тяжёлой для обсуждения, и не хотела лезть в душу человека, если он меня не приглашал. Поэтому выбрала нейтральный ответ: