Книга Мир без вуали, страница 86 – Дарья Верескова

— Успокойся, — будто почувствовав бешеный ритм моего сердца, прорычал Таррен.

Я не знала его таким — в походе он был ко мне ласков и нежен, а после стал отстранённым, холодным. Моё безмолвное предположение взбесило его, глаза расширились, а раздувшиеся ноздри выдавали крайнее нетерпение.

— Я ничего не вкалывал тебе до этого.

Таррену более было не до разговоров. Мужская рука рывком вернула меня на прежнее место, до боли вжимая в матрас, а в следующий миг весь воздух вышибло из груди, потому что сверху навалилось каменное тяжеленное тело. Поцелуй вышел жёстким, злым, кислород закончился мгновенно. Я отчаянно дёрнулась под ним, пытаясь вырвать руки, но он лишь сильнее прижал меня, фиксируя с обеих сторон, расплющивая локти, пытаясь доказать что-то.

Он не пытался быть ласковым, не пытался что-то обсудить со мной, ему было плевать на мораль.

Адреналин ударил в голову так резко, что я перестала соображать. Укусила его — яростно, сначала за язык, а после за губу, почувствовав, как горячая кровь потекла по моему подбородку. Мужчина надо мной коротко втянул воздух сквозь зубы, его пальцы сжались крепче, а затем он отпустил одну руку.

Ошибка.

Я ударила его в плечо, пытаясь скинуть с себя и дрожа от колоссального напряжения, но он легко перехватил моё запястье, заламывая его за голову. В темноте блеснули дьявольские глаза. Лицо Таррена замерло над моим, мы касались носами и подбородками, и я буквально задыхалась, ловя его же выдохи в раскалённом воздухе между нами.

— Пусти меня.

— Какого… — он вновь не дал договорить, вовлекая всё в тот же болезненный, полный давления поцелуй. Он совершенно не реагировал на мои укусы и на то, что его кровь течёт мне в рот, заставляя судорожно её сглатывать.

Каждая моя попытка сопротивления только вызывала ещё больший контроль, жёсткую силу. В какой-то момент он грязно выругался мне прямо в губы, выдавая всю степень собственной злости.

Словно мы ломали друг друга.

Резкое осознание разбило меня изнутри.

В этот момент, окружённая телом Таррена со всех сторон, я поняла, что… возбуждена, почти до боли. В груди всё сдавило, горло пересохло, сражаясь за каждый вздох, и каждое прикосновение казалось нестерпимо острым, даже соски болели, соприкасаясь с тканью. Но хуже всего была пульсация там, внизу, где я не могла расслабить мышцы, только чувствовала, как всё сладко горело в ожидании.

Реакция собственного тела, осознание этой реакции заставило меня всхлипнуть.

И это, в свою очередь, вынудило Таррена немного отстраниться.

Как я могла так ненавидеть и одновременно так хотеть человека?

— Теперь ты понимаешь…

В жёстком лице читалось удовлетворение. Он хотел именно этого, не понимая, насколько сильно меня уничтожило это открытие.

Сейчас в его прикосновениях появилась… мягкость, и то изучение, с которого он начал. Он прослеживал мои реакции, пользуясь тем, что я почти не двигаюсь, а я сама поняла, что за всё это время так и не почувствовала последствий ритуала с Роем. Боль была поверхностная, но, смешиваясь с безумным возбуждением, она казалась почти приятной. Мне хотелось мужских рук, хотелось давления.

Пока его рука не оказалась на животе, пробираясь между пуговицами тонкой рубашки. Таррен не скромничал, сразу же спустил ладонь ниже, но не успел коснуться кожи лобка.