Книга Двое папочек для дочки, страница 61 – Елена Белильщикова

Семь лет прошло и Лекс, успевший потерять и обрести Элли снова, сегодня, уже не был тем самоуверенным мальчишкой, осудившим отца за вторую жену. Он теперь — мужчина, он влюблен. И глядя на Элли, Лекс начал понимать отца, пускай не прощать, но понимать…

Лекс поставил пистолет на предохранитель обратно и взял в руки шкатулку. Ожерелье лежало там, все так же отсвечивая золотом и медом в тусклом свете настольной лампы. Он сглотнул, проведя пальцем по камням.

— Когда-то я подарю тебя Лине. Когда придет время.

Лекс бережно уложил вещи обратно в ящик и как загипнотизированный, уставился свой мобильный телефон, который он оставил на столе. Лекс знал, что должен сделать, но у него не доставало уверенности и силы. Слишком много для одного дня — и возвращение домой, когда его практически выкинуло из одного мира в другой, гражданский, такой чужой и непривычный. И Лина у порога, дар Богов или их запоздалая месть? И отец, совсем рядом, на краю города, десять минут езды на машине. Но куда там… он не мог даже сделать первый шаг и позвонить. Лекс ненавидел себя за то, что отчаянно трусил. Но армия и дальнейшая служба научили его, что не стоит отступать перед страхами. Поэтому ведомый одним порывом, он схватил мобильный и набрал давно знакомый номер. И услышал в трубке голос, который не слышал больше пяти лет…

— Сынок?!

— Здравствуй, папа. — Сам для себя неожиданно робко прошептал Лекс.

* * *

Я пошевелилась во сне и чуть не упала с дивана. И открыла глаза. Лекса рядом не было, но где-то рядом слышался его негромкий голос. По паре фраз я распознала, что он говорит с отцом. На сердце вдруг стало так тепло и уютно, словно я вернулась домой.

«Все таки позвонил… сам, без напоминаний, не смотря на свои страхи. Лекс такой, Лексу неведомы сомнения, он ничего не боится, хотя один бог знает, как сложно звонить после такого разрыва отцу, которого не видел много лет».

— О, а ты уже проснулась? — Лекс вошел в комнату беззвучно и поймал мою сонную улыбку. Его лицо выглядело смущенным, хотя было видно, что он доволен.

— Я как штык! — Я отдала ему шутливый салют, пока Лекс склонился надо мной. — Как папа?

— О, так ты все слышала?

— Нет, я проснулась довольно поздно. Просто… — я замялась. — Когда ты говоришь с ним, в твоем голосе появляются такие любящие нотки. Вы обожаете друг друга, несмотря на разногласия.

— Старый паршивец, схватил трубку с первых гудков, представляешь? Да, мне не хватало его все эти годы.

— Я тебя понимаю. Мы с мамой как лучшие подруги.

— У тебя мировая мама. Она в очередной раз попыталась накормить меня, даже по телефону.

— Ты единственный парень, кто отказывается от ее стряпни!

— Вот как? Неудобно объедать вас. Ладно, завтра чайку выпью. А то, я смотрю, обо мне уже ходят легенды в вашей семье.

— Не то слово. Родители так обрадовались твоему приезду, что даже не спросили, когда я вернусь. А как твой папа?

— Все хорошо. Живет за городом, братом или сестрой, к счастью не наградил пока. Но все возможно. Кстати, он говорил, ты каждый год заезжала в гости… в тот день когда я уехал.

— Да. Я же знала, как ему тяжело было отпустить тебя. Тем более вы расстались так нехорошо. — Возникла пауза. Лекс словно что-то ждал. Ох, черт, меня всегда раздражало, когда он вот так чувствует меня.