Книга Двое папочек для дочки, страница 39 – Елена Белильщикова

Я кричу, зову его изо всех сил, но с губ не срывается ни звука. Его глаза стекленеют, когда я подхожу ближе. Словно с каждым моим шагом он превращается в пластикового манекена.

С неба срывается молния, преграждая мне путь. Не давая дотронуться до Дэма. Он больше не шевелится. Не дышит…. Молния бьет в асфальт, что раскалывается между нами, зияя трещиной. Трещина начинает расползаться. Дождь усиливается, становясь ливнем. Я падаю на колени, заглядывая в провал трещины. И вижу там лишь темноту. Пустоту. Открытую могилу. Куда сейчас медленно падает Дэм.

Рыдаю в голос, закрывая лицо руками. Чтобы не видеть никого. Ничего. А особенно — его. Там, внутри, под крышкой гроба. Трещина медленно ползет, как змея, соединяя края. Навсегда отрезая меня от него.

Дождь не уменьшается, но что-то неуловимо меняется вокруг. Шелестит шинами очередной большегруз, обдавая потоком ветра беззащитную спину. И я открываю глаза, медленно поднимаясь с колен. Время будто поворачивается вспять. Снова та же дорога. Редкие фонари глядят на меня желтыми остекленевшими глазами зверей. И асфальт между нами с Дэмом целый. Серый, мокрый от ливня, с белой разметкой. Будто и не было ничего… Будто все это — приснилось. Я оглядываюсь и натыкаюсь взглядом на деревья и лесополосу по краям дороги. Беззвездное небо над головой. Меня окружает нереальная тишина. Я щурюсь и вижу впереди размытую от слез и дождя мужскую фигуру. Это Дэм. Он снова далеко от меня. Где-то в начале пути. Стоит прямо напротив. Как будто ждет, что я подойду. Я с опаской делаю шаг вперёд, потом второй. И иду, почему-то испуганно и медленно, к нему. Но он, как и прежде, не делает ни шага мне навстречу. Будто не видит меня вовсе…

Подходя ближе, я прячу глаза. Боюсь заглянуть в лицо, чувствую подвох. И не зря. Протягиваю руку, чтобы провести кончиками пальцев по щеке. Но касаюсь лишь холодного, размокшего картона. Передо мной больше не живой человек. А лишь искусно раскрашенная картонная фигура. Высокая, реалистичная, но безжизненная. Она выглядит гротескно, краски поблекли от дождя, и подтекают. Я не могу сдержать крик, отшатываясь от него. А фигура стремительно съёживается и тает. Как бумага, облитая водой. Вскоре у моих ног лежит лишь жалкая кучка картона. Это все, что осталось от Дэма…

Я жмурюсь, не успев испугаться. В мои глаза снова бьет яркий желтый свет фар большегруза. Он едет на полной скорости навстречу мне. И останавливаться не собирается. А я, как приклеенная, замираю на месте. Сама становлюсь Дэмом, ощущая, как стекленеют мои глаза.

— Может, хватит бороться? — Звучит в моих ушах ласковый голос Вероники. — Отдай его мне!

— Нет! — С моих губ срывается отчаянный крик. Как раз в тот момент, когда большегруз с размаху врезается в мое тело. Резкая боль пронзает каждую мышцу. И я закрываю глаза.

Чтобы открыть и опять оказаться там. На трассе. В бархатных объятиях ночи. В плену одиночества. Дождь почти прекращается и тихо шуршит по листве лесополосы. Нет ни грузовиков, мчащихся навстречу. Ни звезд над головой, рассыпанных по темному небу. Но самое главное — нет его. Дэма. Ни рядом, ни вдалеке… Я попросту не ощущаю его присутствия. Со вздохом опускаюсь на колени. Меня охватывает невыносимое чувство потери. И я вижу под ногами трогательную кучку размокшего картона.