Книга Как воспитать приют и мужа, страница 89 – Елена Белильщикова, Анна Витор

— Что такое, моя девочка? – прошептал Юлиан на ухо, обжигая горячим дыханием. – Неужели мне нужно украсть собственную жену на какой-нибудь остров, чтобы спокойно поцеловать? Даже в Литории не такие строгие нравы…

Он прошелся цепочкой поцелуев по шее. Я слегка изогнулась в его руках. Само тело подставлялось под каждое короткое касание горячих губ.

Юлиан толкнул меня к ближайшей стене, игриво перехватывая запястья и вздергивая над головой. Я немного напряглась, и он сразу это заметил. Хватка исчезла. А на лице появилось озадаченное выражение.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍   – Просто у моей мамы – паранойя насчет мужчин, – вздохнула я. – С тех пор, как у меня сорвалась первая свадьба. Нечего драконить лишний раз.

Мое первое замужество сорвалось, как только парень (теперь уже благополучно бывший) узнал, что я не могу иметь детей. Мне пришлось попасть в другой мир, чтобы исправить это и обрести счастье. В лице Юлиана и малютки Энни.

— Зато ты драконишь меня. И слишком много говоришь, – он с нажимом обвел пальцем контур моих губ. – Еще одно слово, Эль, и я открою портал обратно в Литорию. Прямиком в спальню. И не выпущу тебя оттуда все эти выходные. Даже, когда ты выбьешься из сил и…

Юлиан приблизился ко мне так, что каждое слово прошлось вибрацией по коже. Я подалась вперед, и ресницы задрожали. Наши губы почти соприкоснулись, но тут наверху раздался шум. Мы отпрянули друг от друга, бросаясь к лестнице.

— Черт! Ее и на две минуты нельзя оставлять одну! – в сердцах бросила я.

— Энни?

— Маму!

Мы оказались на пороге детской одновременно. В тот самый момент, когда ярко-зеленая воронка портала начала закрываться. В ней скрылся размытый силуэт в темном плаще, унося нашу дочь.

— Мама! – тонкий голосок Энни полоснул по самому сердцу.

— Нет!

Юлиан рванулся следом. Я попыталась выбросить магическую нить, чтобы задержать незнакомца. Портал затрещал тонкими молниями, окончательно захлопываясь. Юлиан бросился на то место, где он только что парил, и взгляд зеленых глаз лихорадочно метнулся по сторонам.

А я заметила маму. Привалившуюся к стене. Черные кудри разметались по плечам, а на лице с сомкнутыми веками застыло отстраненное выражение. Кожа побледнела.

Всхлипнув, я упала рядом с ней на колени.

— Мама! Мама, очнись! – я затрясла ее за плечи. – Черт, не нужно было возвращаться! Это все я! Я во всем виновата!

Меня начинала накрывать истерика. Дыхание срывалось, а с ресниц слетали слезы.

Юлиан оказался позади бесшумно, как хищник. Он рывком ухватил меня за плечи.

Похоже, я попыталась вырваться. Просто на эмоциях. Он развернул к себе так резко, что показалось, вот-вот отвесит отрезвляющую пощечину. Как минимум, чтобы я начала нормально дышать, а не дрожать всем телом, хватая воздух, как выброшенная на берег рыба.

Юлиан прикрыл глаза, пряча строгий и грозный взгляд. Ноздри затрепетали от рваного злого выдоха. Ни слова. Ничего. Меня просто отодвинули в сторону, как безвольную куклу. А Юлиан присел на корточки рядом с моей матерью. Кончики его пальцев засветились темно-зеленым, коснувшись ее виска.

— Просто вырубили магией, ничего опасного. Придет в себя через пару часов. А нам пора.

Юлиан решительно встал. Он подхватил безвольное тело равнодушно, как тряпичную куклу, опуская на диванчик. Я глубоко вдохнула, пытаясь взять себя в руки, а потом все-таки испуганно выпалила: