Книга Попаданка. Отвергнутая жена, страница 89 – Елена Белильщикова

— Жаль, что ты так поступил, отец, – Филипп покачал головой. – Я могу понять твои чувства, но… я сам однажды был под влиянием чужой магии, которая ломала разум. Подчиняла мою волю себе. И если это случилось с Элион, пускай на час, а не на месяц, то… я ей сочувствую. А ты… что ж, ты сам видишь. Без магии у тебя нет шансов завоевать ее сердце. Наверное, это стало худшим наказанием для тебя, Солар?

— Ты прав, Филипп. Мне… жаль, что все так.

Солар отвернулся. Больше не о чем было говорить. Филипп попал в точку. Он подошел к Элион, касаясь ее плеча.

— Прости, что мне не хватило смелости сказать правду. Не ему. Тебе. Я надеялся все это время, что ты примешь то желание, помутнение рассудка за чистую монету… и придешь ко мне.

Солар вздохнул, беря Элион за руку. Пальцы у него были ледяными от эмоций. Он вложил в изящную ладонь черный, уже бесполезный кристалл. Как напоминание о нем? Глупый, нелепый последний подарок? Элион, наверняка, выбросит его, он в этом не сомневался. Но зажал ее пальцы своими, после чего направился прочь.

Элион немного пришла в себя и бросилась к Филиппу. Перехватила его за ладонь и встряхнула, заглядывая в глаза:

— Ты его так просто отпустишь? Вы же… даже не поговорили наедине. Ничего не выяснили. Нельзя его отпускать, даже если ты ненавидишь Солара сейчас, Филипп! Он отправится на войну, и ты потеряешь отца.

— Я и так потерял отца. В тот момент, когда он переступил черту и подчинил твою волю магией кристалла, – Филипп вдруг выхватил из ее рук кристалл и зашвырнул далеко в траву.

На красивом лице было написано бешенство. Элион погрустнела.

— Ты, наверное, так говоришь только потому, что находишься под заклятьем Кая? И подчиняешься мне?

— Нет! – прорычал злобно Филипп, сверкая глазами. – Если бы было можно отменить и эту чер-ртову магию Кая, тогда ты мне поверила бы?

— А я… могу отменить, – тихо и твердо проговорила Элион.

Она перехватила ладонь Филиппа и крепко сжала ее в своей. И принялась читать заклинание, которое повторяла мысленно каждый день перед сном, мечтая, чтобы все разрешилось, чтобы Филипп освободился и стал настоящим. Что ж, правда все же выплыла наружу… Пришло время освобождать Филиппа от оков магии демона.

Филипп заморгал, чувствуя, как сходит туман с разума. Ушла какая-то дремотная, сонная, безразличная покорность, в которой он жил, как марионетка. Но кое-что осталось прежним.

— Только ничего не изменилось, Элион, – отрезал Филипп, вдруг перехватывая Элион за плечи. – Я не могу простить отца за то, как он поступил с тобой! А ты ни в чем не виновата. Скольких людей мы считаем красивыми внешне, хотя бы чуточку? Эта минимальная симпатия ничего не значит. Да и я… рассказывал всегда тебе о нем, как о благородном человеке, смелом воине, несчастном мужчине, потерявшем дочь и жену почти в одночасье. Конечно, ты была о нем хорошего мнения. Вот кристалл и сработал. Жаль, что он не оправдал этих ожиданий.

Филипп закрыл глаза. Ему было больно. Как в день, когда умерла мама? Теперь он почувствовал себя вдвойне сиротой. Ведь понимал, что между ним и Соларом отныне пропасть. Он потянулся к Элион, целуя ее в губы. Показывая, что не виню ее ни капли. Она не изменница для него.

Элион перехватила руки Филиппа и в порыве горячо прижалась к ним губами. Ее глаза блестели от слез и от эмоций, которые сейчас обуревали ее. Ее распирала радость от того, что наконец-то Филипп не считает ее врагом. Изменницей. Хотя ей казалось, что несмотря на артефакт, она все таки виновата. Ведь могла и не поддаться на его действие. Но главное сейчас было другое.