Книга Развод. Сын для попаданки, страница 105 – Елена Белильщикова

— Я люблю тебя, Луи, – шепнула она серьезно и даже немного встревоженно.

Не выдержала, отвечая на поцелуй Луи так же жадно. Лотти двигала бедрами, скользя чувствительной точкой по его пальцам. Снова и снова, до момента оглушительной разрядки. Которая накрыла с головой. Если бы Лотти стояла на ногах, то упала бы, так сильно ослабела от оргазма. От ласки чутких умелых пальцев Луи. И тогда Лотти уже решительно дернула его ремень, снова шепча на ухо:

— Я хочу тебя. Ты мой. А я твоя. Только твоя, ничья больше. Возьми меня, Луи. Почувствуй это. Обещаю… больше никогда я не прикоснусь к Флорану. А он – ко мне. Только ты. Только я. Навсегда.

Что Луи должен был сделать сейчас? Сам себя спрашивал. И наверное, знал ответ. Про то, что нужно подхватить Лотти на руки, хрупкую и уязвимую, такую нежную, с горячим сбитым дыханием. Поправить ее сбитое платье, прижать к самому сердцу и унести в покои. Только там, на мягких перинах, на шелковых простынях, освободить от одежды и выласкать каждую клеточку тела. Но… обреченный стон, почти рык сорвался с губ.

— Лотти, я же не железный… – выдохнул Луи ей в волосы, потерся о них щекой, как обезумевший зверь, опьяненный одним запахом своей самки. – Если ты потом пожалеешь…

Но уже от одного, как ее пальцы натянули его ремень, у него на глазах заблестели слезы от желания. Чего не бывало ни с одной распутницей. Луи впился пальцами в бедра Лотти, будто держась из последних сил.

Они слишком долго держались. Но сейчас доводы рассудка померкли. И желание их тел сплелось воедино с чувствами друг к другу.

— Я жалею только об одном, – выдохнула Лотти горячо и страстно на ухо Луи. – О том, что мы не сделали этого раньше!

Ее рука обвивала шею Луи, прижимала ближе к себе. Она хотела ощущать его тело, его запах на своей коже. Пока второй рукой Лотти почти лихорадочно дергала ремень, стараясь расстегнуть как можно скорее. У нее это получилось. И она накрыла пальцами его истекающую влагой головку. Лаская так бережно и осторожно, чтобы не причинить боль. Но Луи больно не было, о нет! Скорее, наоборот. С его губ сорвался хриплый рык, когда он дернул ее с подоконника, почти впечатав в себя. И губы снова слились в горячем сладком поцелуе.

— Не сдерживайся, – прошептала Лотти в губы Луи. – Отдайся мне… полностью.

Он застонал, всем телом подаваясь вперед, обвивая Лотти руками. Никогда Луи не был таким с другими девушками. Текучим, податливым, как горячий воск, млеющим от одной близости желанного тела. Но Лотти что-то творила с ним. Луи провел ладонями по ее бедрам с таким благоговением, с которым могли касаться разве что древние жрецы статуи своей богини.

— Я так долго ждал этого… – выдохнул Луи хрипло в шею Лотти, покрывая ее поцелуями.

Однако у него уже не было сил и терпения на долгие ласки. От одного того, как Лотти накрыла пальцами его член, он боялся излиться, как мальчишка. Луи перехватил ее руку, сжимая крепче, выдыхая хриплый стон. А потом отвел изящную ладонь в сторону, чтобы проникнуть в Лотти.

Так странно… Лотти возлежала на шелках, в королевской опочивальне, в свою первую брачную ночь. И дрожала от страха, а не от желания перед лицом навязанного ей мужа. Сейчас, даже не в постели, а на грубом каменном подоконнике, рядом со своим любовником, а не законным мужем, она чувствовала себя желанной и любимой женщиной. Лотти полюбила Луи и готова была отдаться ему где угодно. Хотела, чтобы он почувствовал: она хочет его. Она будет с ним, несмотря на все преграды. И сердцем, и телом.