Книга Избранная для двоих женихов, страница 15 – Елена Белильщикова

— Не преувеличивайте, Князь. Выбор, с кем остаться, все равно — за мной. — Проговорила Диана, вскинув голову. И взяла бумаги.

— Выбор — у пророчества. Не обманывайте себя, милая. — Прошептал Амрас. Диана вздохнула.

— А вы, Амрас, оставляете мне выбор? Кажется, в нашу прошлую встречу, вы прочили мне судьбу любовницы при дворе. Но такая участь меня не устраивает.

— Диана…

— Молчите! Не хочу слушать. — Покачала головой Диана. — Чтобы вы не сказали сейчас… не верю. Не верю ни единому вашему слову. Но вы мне нужны. Помните, я спасла вам жизнь? Закрыла вас собой на балу? Оплатите свой кровный долг, Темный Князь. Иначе я посчитаю вас трусом. И вы будете вечно презираемы мной.

— Хорошо же. Вы опустились до шантажа, тэра? — Сверкнул глазами Амрас, едва сдерживаясь. — Я согласен. Я присоединюсь к вашему походу и клянусь, что приложу все усилия, чтобы найти Иного. Но… Я не отказываюсь от своих слов. Я не отдам вас ему.

— А вашего мнения по этому поводу никто не спрашивает. — Хмыкнула Диана, прижимая к груди бесценные листы. — Вы меня простите, я удалюсь изучить пророчество. И понять, что вас, мой дорогой князь, там так пугает. Завтра выступаем на рассвете.

— Я велю слугам все подготовить. — Кивнул Темный князь, наблюдая за тем, как девушка вышла из комнаты, держа бумаги. Она не оглянулась. Амрас вздохнул, предчувствуя, что это будет очень сложный поход. Они с Дианой снова не удержали нейтралитет и расстались на ножах…

Завтра было. Равно как и послезавтра. Итер оказался весьма интересным субъектом. Небогатый купец из провинции Долины Восхода, за годы скитаний с товаром он, казалось, успел побывать повсюду.

Вместе с ним Алекс то мерз среди пиков Перевала, то любовался рассветами на Звенящим Плоскогорье в Стигии, то спасался от сборщиков податей в Ануэрате, то колесил по широким равнинам Баронств. Об Омарате у купца тоже нашлось множество интересных историй.

— Для нас и нашего мировоззрения они почти дикари. — Миска с жидкой похлебкой в руках западнодолинца опорожнялась с невиданной быстротой. — Но с удивительной культурой, прекрасными храмами и дворцами, отличной наукой и мощной магией. С неутомимыми воинами и самыми варварскими обычаями. — Увлекаясь, Итер становился необычайно красноречив как для купца. — Например, ты знаешь о том, что у них все воины подчиняются тысячелетней давности канонам? Или о том, что человек, уличенный в чем-то позорном, обычно заканчивает жизнь ритуальным самоубийством?

День за днем Алекс узнавал все больше об этой странной, закрытой для чужеземцев стране. Было удивительно находить знакомые обычаи и табу в другом мире.

— Или, вот, например, отношение местных к женщинам. Им запрещено носить яркие цвета и легко одеваться, открывая ноги и волосы. А при чужеземцах вообще нужно закрывать лицо капюшоном и молчать.

«Словно у мусульман… — Алекс с жадностью впитывал подробности жизни омаратцев.

Ему рассказы Итера помогали хоть как-то скрасить время от завтрака до обеда и от обеда до ужина, отгоняя навязчивый призрак голода, ведь кормили в Ир’Ашир немногим лучше, чем где-нибудь в концлагере у нацистов.

Третий сокамерник оказался неразговорчивым и, по всей видимости, не совсем нормальным. Иногда по ночам он плакал или потихоньку выл, вызывая проклятия купца, заканчивающиеся оплеухами. Кроме редких посещений тюремщиков, подозрительно проверявших стены и решетки, других событий не было, и дни становились все больше похожими один на другой.