Книга Измена. (не) желанная в Академии, страница 9 – Елена Белильщикова

«Может, и не идти на этот праздник?» – робко пронеслось в голове.

И зачем только пообещала златокрылой Лилиан, что придет?

Вздохнув, Алана взлетела к башням. В каждую студенческую комнату было два входа. Один – из здания, второй – с улицы. Двери зависли на стенах высоко над облаками. Алана зависла возле одного из входов, доставая ключи. Войдя в темную комнату, она закрыла дверь. Мрак пах духами и косметикой.

Щелчок выключателя – и свет хлынул в небольшую комнату для двух студенток. Три двери темнели на стенах. За одной пряталась ванная комната, вторая служила выходом на улицу, а третья вела в коридор-колодец, который пронзал середину башни.

Алана бросила взгляд на часть комнаты, принадлежащую соседке. На кровати валялась смятая одежда. Трюмо покрывала россыпь косметики. Похоже, соседка уже собралась и улетела на праздник. Стоило последовать ее примеру? Алана и так задержалась, чтобы закончить с заданием. Но сначала учеба, потом развлечения – она всегда относилась к этому строго.

Алана быстро переоделась и нанесла макияж. Расческа скользнула по длинным волосам. Они и так лежали легкой волной, так что никакую прическу делать было и не нужно. Темно-красное платье средней длины подчеркнуло утонченность фигурки. Талию обхватил черный корсет. Алый кулон каплей замер между смуглых ключиц. На лице был выразительный макияж, но в глазах виднелись неловкость и страх. Как бы Алана ни вырядилась, за внешней уверенностью все равно пряталась сплошная робость. Маленького зашуганного птенчика, которому хочется куда-то забиться, лишь бы не слышать колкости вслед.

Алана со вздохом шагнула к двери, ведущей в коридор. Пальцы несмело тронули ручку, и кожи коснулся холодок металла. Навесы тихо скрипнули. Алана, расправив крылья, нырнула в темный широкий колодец.

Внизу уже суетились студенты. Пестрели разноцветные крылья. Белые, серебристые, изумрудные, темно-кровавые, полупрозрачные… и редкие-редкие вкрапления черных. По цвету крыльев можно было определить, какую именно любовь будет приносить этот купидон. Ведь она бывает такой разной! И дружеская, и страстная, и искренне-жертвенная, и разрушающая судьбы. Вот и купидоны рождались соответствующие.

Алана вылетела в главный зал и опустилась на светлый паркет. Каблуки неудобно покачнулись. Она нерешительно замерла в дверях. Не привыкла к такой обуви. Но Лилиан была безжалостна, сказав быть нарядной на празднике.

На сцене тихонько играли музыканты. Что-то приятное, легкомысленное. Всюду шуршали платья и дорогие костюмы. Голоса излучали радость и беззаботность. Бокалы с безобидными нектарами позвякивали в такт тостам. Слова ректора, видимо, все запомнили! И рисковать никому не захотелось. По крайней мере, выглядело все очень даже прилично. Блестели перья, сверкали украшения, сияли улыбки.

Из толпы выпорхнула Лилиан. По стройной фигурке стекала невесомая светлая ткань. Греческий стиль платья подчеркивала воздушная прическа. Казалось, золотисто-рыжие локоны свились в нее сами собой. Их цвет идеально гармонировал с крыльями, которые казались отлитыми из чистого золота. Голос Лилиан прозвенел колокольчиками:

— Что же ты опаздываешь?

— Мне с заданием нужно было закончить, – упершись взглядом в паркет, смущенно пробормотала Алана. – Иначе Белая ворона заклюет.