Книга Мачеха для сына врага, страница 95 – Елена Белильщикова

— Тебе понравилось в веревках? Или приглянулась молодая вдова? Сейчас нам точно не до этого, брат.

— Дело не в этом!

Хельг услышал, что Мадс остановился, и недовольно повернулся к нему. Только бессмысленной болтовни сейчас не хватало! Когда Роалд, возможно, уже был совсем близко.

— Хельг, если она починит ловушку, то у нее будет шанс поймать Роалда. Она использовала какую-то особую магическую приманку. Волчью суть прямо-таки потянуло туда.

— А нам какое дело? – спросил Хельг устало.

Он потер переносицу. Понимал, что ослепленная горем вдова не пощадит Роалда. Так же, как он не пожалеет ту, кто посмела посягнуть на его жизнь. Хельг чувствовал себя причастным, а значит, виноватым. Но сейчас рядом был Мадс. Родной брат. И Хельг выбирал спасать его, а не предотвращать бессмысленное кровопролитие.

«Очередная жертва во имя Мадса, – подумал он мрачно. – Очередной призрак прошлого, который будет приходить ко мне во снах».

— Мы могли бы остаться, – глаза Мадса буквально загорелись злым задором. – Ты хороший воин, я и вовсе волк. Да и она выглядит той, кто неплохо обращается с оружием. Втроем у нас были бы все шансы справиться с Роалдом, если он и правда отправился в путь один.

— Забудь об этом!

Мотнув головой, Хельг пошел вперед. Даже быстрее, чем до этого. Не оглядываясь на брата.

— Почему, Хельг? Ты сомневаешься в себе, что ли? Мы можем отомстить за тебя вместе! – Мадс поспешил следом. – Ты уже давно восстановился после подземелий, я же вижу! Ну же! Ты же всегда был такой храбрец…

— Храбрец, но не убийца, – Хельг обернулся через плечо, буквально пригвоздив Мадса к месту непреклонным взглядом. – Я защищаю не только тебя, Мадс, но и всех Лорстенов. Я не могу ставить их под удар ради мести.

Ида подозревала, что не вернется домой. Не напрасно она обняла на прощание своего старшего сына. Погладила его по уже колючей, такой взрослой щеке и отвела взгляд, чтобы он не увидел слез. «Позаботься об остальных», – попросила Ида.

Их таверна, в которой они когда-то жили и трудились всей семьей, была разгромлена. В тот самый роковой день. Тогда Ида едва успела спрятать детей в лесу, чтобы они не увидели всего того ужаса. Когда прихвостни Роалда, жестокие, веселые, избивали ни в чем не повинных сотрудников, при этом в промежутке не брезгуя откусить от жареного окорока. Столы и стулья, полки и даже люстра-колесо из-под потолка – после всего это годилось только на дрова. Казалось, даже разбойничий налет принес бы меньше ущерба. А эти стервятники смеялись, выворачивая из бочки на снег квашеную капусту.

Ида помнила навек опротивевший вкус холодного моченого яблока, которое с хохотом пытался втолкнуть ей в губы один из негодяев: «А ты что стоишь, хозяюшка? Муженек твой не жилец! Сейчас найдем, что он прятал, и все, голова с плеч! Может, я тебе больше по нраву буду? Держи яблочко, ну?»

Помнится, совсем тогда обезумела? Взревела, как медведица, хватая кухонный топорик, бросаясь в гущу. Лишь бы спасти мужа.

Ее тогда скрутили и держали сразу двое. Один не справился бы. Даже из таких тренированных лбов, как люди Роалда. Ида почти не помнила их лиц. Их выжгло злое горящее золото. Наверно, таким являлась смерть в южных краях, где рабы падали замертво под солнцем? Такими были глаза Роалда. Когда он с улыбкой, будто забавляясь, провел кончиком пальца по топорику и одобрительно цокнул языком. А после поддел ледяным на морозе лезвием подбородок Иды. Она помнила, как Роалд замер с оружием в руках, будто наслаждаясь. А у нее на коже проступали теплые капельки. Не кровь, нет. А тающие снежинки с холодного металла.