Книга Обжигающий Север. Связанные рунами, страница 52 – Айлин Лин

Но я ведь жива!

Значит, Астор тоже. В подтверждение моих слов мужчины зашевелились. Людоеды мигом скрутили их, едва живых, запихнули в клетку. А потом начали выводить по одному.

Подошёл вождь, в ладони у него был зажат кинжал ярла:

— Сильный фоин, - он потряс рукой, утробно зарычав и завыв, хором отозвались остальные твари, - нам много сила!

Первым вытащили Сорена, он не мог идти, правая нога была сломана в двух местах. Тан стиснул зубы, сдерживая стоны. Грах подошёл к нему, стоящему на коленях, полоснул по горлу, кровь потекла на грудь, голова Сорена опустилась и больше тан не подавал признаков жизни.

Я захлебнулась воздухом, крик застрял в горле, даже боль отступила. Дверь клетки распахнулась, и людоеды вцепились в Кая. Рыжий пытался отопнуть их от себя, но его схватили за ноги, выволокли наружу, вздёрнули вверх, поставив на колени. Кай очутился напротив меня, зелёные глаза смотрели без страха, губ коснулась улыбка. Блеснуло лезвие кинжала, и взгляд рыжего вмиг подёрнуло пеленой, невидящим взором глядел он на меня с лукавой улыбкой на застывших устах. Затем пришёл черёд Льотура. Убившие Сорена уже деловито разделывали тело, относя куда-то внутренности и большие куски мяса. Я захлебнулась рвотой, в горле защипало от желудочного сока.

Астор, застыв, смотрел на трупы воинов, ожидая своей участи. Грах подошёл к клетке.

— Ты! Я сам съем!

Ярла выволокли наружу, потащив к статуе, неподалёку от неё в темноте я различила каменный столб, Астора привязали к нему так туго, что он и пальцем двинуть не мог. Под ногами накидали палок и чёрных камней, принесли горящие угли от соседнего костра.

— Нет! - я завыла в голос, осознав, что ждёт нас.

— Не баясса, - “успокоил” меня Грах, - ты мой шена.

— Да пошёл ты, ублюдок чёртов! - материлась и кричала так, что часть людоедов отступили от клетки, пока чувствительный пинок под рёбра не оборвал мои крики.

Под ярлом затеплился огонь, пожирая сухие ветви, ноги опалила боль, в нос ударил запах горелой плоти. Моей.

* * *

Не думая, в каком-то порыве, я принялась сдирать с себя одежду. Боль острыми щупальцами впилась в тело, ног почти не чувствовала. Астор смотрел на меня, не сводя взгляда, стиснув зубы, сдерживая стоны, только у меня такой выдержки не было. Сапоги полетели прочь, я вцепилась руками в обгорающие пальцы на ногах и заорала что есть мочи. Кожа обугливалась: краснея, вспухая огромными волдырями, а потом чернея и покрываясь страшными ожогами.

Людоеды заметили неладное, подбежали к моей клетке, загомонив все разом, тыча пальцем в ярла, потом в меня.

— Хватит! - вцепилась я в прутья. - Остановитесь!

Но в немом ужасе твари шарахнулись подальше, не решаясь приблизиться ни ко мне, ни к Астору. Огонь распалялся, злые его языки облизывали колени мужчины, стремясь взобраться выше. Ярл застонал сквозь стиснутые зубы, пот градом катил по его телу, Астор корчился от мук, не в силах их прекратить. Мой крик оборвался, дойдя до апогея, не выдержали связки, хрипя от боли, я каталась по полу, не зная, как остановить раздирающую мою плоть агонию. Перед глазами плыло алое марево. Сквозь него я видела, как отключился от боли Астор, голова его повисла, но мне забыться было не дано. С пьедестала на меня смотрели кроваво-красные глаза богини и на лице её чудилась усмешка. Вонь жжёного мяса забила ноздри и горло, я больше не могла кричать, хрипя и воя. Ожоги поднимались выше, на глазах кожа моя почернела до самого пояса. Я молила о смерти, ожидая её, как несбыточную мечту.