Книга Обжигающий Север. Связанные рунами, страница 10 – Айлин Лин

— Нашли, - кивнул сам себе рыжий, - ну-ка, Стиг-знахарь, поведай нам, какой руностав ты призвал на помощь.

— Известно, - сварливо откликнулся лекарь, опять занявшись Астором, - Кенназ, Гебо, Соуло.

— Да? Очень интересно, - ухмыльнулся Кай, - освежить бы тебе память…

Стиг подскочил к нам, чуть не выронив горшок:

— Я каждую букву в этой книге помню, - начал он и осёкся, увидев руностав перед ним, - нет… не было этого. Тут стояла Гебо!

— Эм-м, где? - Кай поднёс книгу ближе к старику.

— Как где? Посредине!

— Ага, а ты помнишь, что сия руна означает?

— Единение как с потоком жизни, так и… - на старика жалко было смотреть.

— Так и с другим человеком, потому что ты начертал став на Асторе и Кристе, - закончил Кай и захлопнул книгу, - отныне ваши души, жизни и тела - это единое целое.

Я гулко сглотнула, до сих пор мне казалось, что наша связь, как простуда, скоро пройдёт, но теперь… Что будет со мной?

— Мамочки, - осела на скамью, пытаясь переварить происходящее.

— Тут и папочка не поможет, - тряхнул шевелюрой Кай, - собирайся, Криста, зуб даю, завтра ты едешь с нами.

— Я не хочу, - запротестовала в ответ.

— Думаешь, Астор оставит собственную смерть посреди леса? - Сощурился Кай и кивнул на ярла, который после лечения Стига спокойно спал.

— Надо известить Бодена, - знахарь направился к двери, - он сумеет сохранить Кристе жизнь и уберечь от неприятностей, Астору ничто не будет угрожать, а девочка останется в отчем доме.

Только сейчас до меня дошло, что, в общем-то, родители Кристы - это такие же чужие для меня люди, как и все здесь, память девушки мне передалась, уж не знаю, каким чудом, но от этого ближе семья Кристы мне не стала.

Кай рывком скользнул к двери, перегородив путь Стигу, глаза его хищно сверкнули:

— Оставайся в своей избушке, старик, если жизнь дорога, решать будет Астор, когда очнётся, - рыжий весь напрягся, точно для прыжка, верхняя губа вздёрнулась, обнажая молочно-белые клыки, - куда делся весёлый обаяшка, перед нами сейчас стоял хищный зверь.

Старик отшатнулся, подобрал подол своей хламиды, отступая к столу, залез на сундук, поджав ноги, будто это могло спасти его от расправы.

— Я буду здесь, - дрожащим голосом ответил он.

— Вот и славно, - мгновенно переменился Кай, снова улыбаясь, как старым знакомым, - а теперь пора и на боковую.

Рыжий завернулся в плащ и устроился прямо у порога, мне же пришлось лечь возле сундука, единственную скамью занял Астор.

* * *

Однако и ночью желанного покоя я не дождалась. До утра мне снилась жизнь Кристы, в чьё тело я попала, теперь уже не стоит отрицать очевидное. Могу сколько угодно говорить себе, что всё это возможно только в каком-нибудь фантастическом рассказе, но вот она я, мой разум, заключённый в чужое тело.

Жизнь девушки предстала передо мной с самого раннего возраста. Деревушка её отца, Бодена, словно в тисках, была зажата среди дремучих лесов, с городом её соединяла дорога, от весенней распутицы и после осенних дождей становившейся непроходимой. Криста росла в дружной и любящей семье, младшая дочь, которую баловала кроткая матушка. Я видела, как она ходила в лес, сызмальства знакомый крохе не хуже отчего дома, собирала там грибы и ягоды, вязанки хвороста. В деревне работы хватало для всех, и Криста исключением не была. Наши имена были удивительно похожи, но на этом сходство заканчивалось. Я была худощавой девушкой, кареглазой с белокурыми волосами, которые всегда стригла коротко, меня можно было назвать милой и привлекательной, но до красавицы всё равно недотягивала, хотя Машка и говорила, что я слишком строга к себе. Криста же была совсем иной. С детства тяжёлый физический труд иначе сложил её тело: не худая, не толстая, скорее сбитая, с хорошо развитыми мышцами. Тёмно-русая густая коса спускалась ниже пояса, тонкие крылья носа, высокие скулы, соболиные брови вразлёт, серые глаза, ямочка на подбородке. Она была хороша, той немного суровой красотой, присущей девушкам из северных стран.