Книга Разорённая леди. Хозяйка пограничного двора, страница 71 – Лила Синклер

— Почти вся, — поправил Дарен, но без желания испортить момент, скорее с той профессиональной честностью, которую она уже так ценила в нём. — Имён здесь всё ещё нет. Но метод есть. А метод, если знать, что искать, рано или поздно приводит к именам.

Лиора посмотрела на конверты. Мина нарочно попросила Нейла повторить одну связку самостоятельно, не заглядывая в их пометки. Он нашёл те же три документа, но перепутал порядок двух дат; пришлось сверять календарь. Вывод выдержал чужую проверку, хотя сама проверка вышла неидеальной.

— Утром начнём с пяти подтверждённых связок, — сказала Лиора. — Остальные распределим по датам, бумаге, печатям и почеркам. Не будем искать одного красивого ответа там, где есть четыре отдельные проверки.

— Уже распределяю, — отозвалась Мина, не поднимая головы от протокола.

— Что делать с Гералем? — спросил Дарен, помогая ей укладывать листы обратно так же аккуратно, как они были уложены изначально. — Формально у нас пока нет ничего, что связывало бы эту коробку лично с ним, кроме того, что она лежала на его дворе.

— Не арестовывать без связующего доказательства, — сказала Лиора. — Но и не оставлять его с прежним доступом. Мина утром сменит место хранения печати под предлогом новых правил. Исходящая корреспонденция уже идёт мимо него. О коробке знают пятеро — и каждый распишется за молчание до официального опроса.

— Значит, утром не будет красивого ареста, — сказал Дарен.

— Не будет. И это раздражает сильнее, чем должно.

— Разумное не всегда лучше приятного, — сказал Дарен.

Лиора подняла глаза. Он уже укладывал следующий лист и не пояснил, что именно имел в виду. Возможно, к лучшему: при пяти свидетелях любой ответ пришлось бы занести в протокол.

* * *

Коробку не вернули в нишу. Нейл запечатал её военной лентой, Мина — сургучом двора; оба оттиска описали в протоколе. До утра находка должна была храниться в караульной комнате под двумя разными ключами. Копировать документы начнут после сна, при дневном свете и свидетелях.

Мина, Томас и Нейл унесли опечатанную коробку в караульную комнату. Караульный закрыл за ними склад, но Лиора и Дарен задержались под навесом: дождь снова начал накрапывать, а до дома было всего полсотни шагов, которые оба почему-то не торопились пройти.

— Вы сказали, что разумное не всегда лучше приятного, — напомнила Лиора.

— Не для всего, — повторил Дарен тише.

Лиора не спросила, что он имеет в виду. Дарен смотрел на её губы и, заметив это сам, перевёл взгляд на пыльную стену. Объяснение стало бы только неловче.

За их спинами караульный проверял замок, старательно глядя только на ключ. С карниза падали редкие тяжёлые капли.

— Тогда для чего? — спросила она.

Дарен подошёл на полшага и остановился.

— Если я ошибся, скажите сейчас, — произнёс он.

— Не ошиблись.

Последний шаг они сделали почти одновременно. Поцелуй получился осторожным только в первое мгновение. Потом Лиора ухватилась за ткань его рубашки на груди, а ладонь Дарена легла ей на затылок — тёплая, неподвижная, не требующая ничего сверх того, что она сама уже выбрала.

От него пахло древесной пылью, холодным железом пряжки и дымом фонаря. Никаких цветов, духов или другого положенного романтической сцене великолепия. Лиора успела подумать, что репа и ржавые гвозди сопровождали их отношения последовательнее роз.