Книга Разорённая леди. Хозяйка пограничного двора, страница 56 – Лила Синклер

— Найдётся, — сказала Лиора, глядя на дождь, стремительно превращающийся в настоящий ливень. — Гостевая комната давно пустует. Не самая уютная, но сухая.

— Сухая — это уже больше, чем я рассчитывал, выезжая сегодня из форта, — сказал он. В темноте лица было не разглядеть, но последнее слово он произнёс с улыбкой.

Капля скатилась с волос Дарена по виску и исчезла за воротником. Лиора первой вспомнила, что стоять под ливнем ради разговора можно только до тех пор, пока это не превращается в откровенную глупость.

— Ужин у меня скромный, — сказала наконец Лиора, первой нарушая паузу. — Не рассчитан на генералов.

— Я ел хуже, — ответил Дарен, — и в куда менее сухих местах. Ведите, леди Весс. Похоже, сегодняшний вечер у нас обоих идёт не по расписанию.

Она пошла к дому. На крыльце поскользнулась, взмахнула руками и удержалась только потому, что Дарен схватил её за локоть.

— Полезность подтверждена, — сказал он.

Лиора высвободила руку и первой открыла дверь. В прихожей уже пахло мокрой шерстью, дымом и ужином. Размышлять о том, что генерал останется под её крышей, пришлось бы позже — сейчас с его сапог текло прямо на вымытый пол.

Мара встретила гостя с полотенцем в одной руке и связкой ключей в другой. При виде Дарена зачем-то спрятала ключи за спину, потом поняла бессмысленность жеста и вернула их на вид.

— Генерал! — она замерла в дверях кухни с полотенцем в руках, явно прикидывая, успеет ли улучшить меню за оставшиеся четверть часа. — Если бы знать заранее, я бы…

— Не утруждайтесь, — сказал Дарен с той ровной вежливостью, которая, впрочем, не помешала ему бросить быстрый оценивающий взгляд на стол, уже накрытый для двоих. — Я не привередлив.

Он оказался прав насчёт своей непривередливости — и, к сожалению, столь же прав был бы любой, кто заранее предупредил бы, что скромный ужин Мары в этот вечер окажется скромнее обычного.

— Тушёная репа, — объявила Мара, ставя миски на стол с выражением человека, приносящего дурные вести. — И хлеб вчерашний, госпожа, простите — не успела испечь свежий.

Дарен посмотрел на репу с тем же сосредоточенным вниманием, с каким изучал подделанные накладные.

— Я ел хуже, — повторил он свою давешнюю фразу, зачерпывая ложку.

— В походе? — спросила Лиора.

— На свадьбе собственного кузена, — сказал он серьёзно. — Повар перепутал соль с золой. Никто не решился сказать хозяевам.

Лиора чуть не поперхнулась смехом, неожиданным для себя самой в этот вымотанный дождём вечер.

— И вы просто съели золу?

— Целую тарелку. Из уважения к семье. — Он невозмутимо продолжал есть репу, будто оценивал её на фоне того давнего кулинарного бедствия и находил в её пользу. — Это, кстати, гораздо лучше. Почти можно узнать, что именно я ем.

— Высокая похвала для моей стряпни, — заметила Мара из угла, где она делала вид, что занята посудой, а на самом деле откровенно прислушивалась.

— Учитывая его опыт, тётя, это буквально высшая похвала, — сказала Лиора.

Мара фыркнула и поставила перед Дареном блюдце с последним куском масла — тем самым, которое утром велела беречь до базарного дня. Лиора заметила жертву, Дарен, кажется, тоже. Он намазал маслом только половину ломтя и вторую половину отодвинул к Лиоре без единого слова.

* * *

Мара ушла готовить гостевую комнату. Ещё долго было слышно, как она открывает шкафы, ворчит на отсыревшие простыни и заставляет кого-то принести жаровню. Дождь стучал по ставням, а разговор, начавшийся с еды, постепенно сместился к вещам, для которых в рабочем дне не находилось места.