Книга Призрачная невеста, страница 54 – Шелби Махёрин

«Господи боже».

Изо рта Фредерика потекла кровь.

— Пиппа, – прошептал он, широко раскрыв невидящие глаза.

Однако Филиппа ничего не сказала в ответ. Она молчала, и одинокая слеза скатилась по его щеке, когда он упал на колени, а потом повалился на землю, не произнеся больше ни слова.

Мертв.

Фредерик был мертв.

В ушах страшно зазвенело. Я посмотрела на тело Фредерика, на его приоткрытый рот и невидящий взгляд. Он не мог умереть! Не мог! Я сделала шаг назад, замотала головой, отрицая произошедшее. Если Фредерик погиб, тогда все… было напрасно. Как теперь обратить его заклинание вспять? Как исправить его ужасные поступки? Как Филиппа…

«Нет».

Я схватилась за трельяж, отказываясь признавать кровь, растекшуюся венцом у его головы. Признавать боль в зубах, жжение в горле.

Аромат роз.

«Розы».

Я стиснула деревянную решетку. От завядших цветов не мог идти такой сильный запах. Аромат окутывал меня всю, ласкал щеки призрачными руками, сливаясь с дымом свечей и чем-то еще – каким-то осознанием или, возможно, воспоминанием. Словно лед, он заскользил по коже, и я задрожала. Знакомая темнота застилала глаза.

Кто бы ни убил Фредерика, я его знала. Я узнала его.

И когда я взглянула на него впервые, у меня едва не подкосились колени.

— Не благодари, – насмешливо сказал он.

Даже ветер затих, чтобы послушать его, а осенние листья зловеще закружились в воздухе. Страх усилился, когда я увидела в его руке сердце Фредерика, которое перестало быть похоже на сердце. Сейчас оно напоминало иссохший черный комок. Отбросив его с отвращением, мужчина отер руку в перчатке о штаны.

— Откровенно говоря, Филиппа, у меня появились уши всего неделю назад, и всякий раз, когда он говорил, мне хотелось вонзить в них что-нибудь острое. С тебя причитается.

Мой рот распахнулся, когда я услышала его бессердечные слова, а звон в ушах стал просто невыносим.

— Некромант, так он себя называл. – Скривившись, мужчина поднял гримуар и вытер книгу о траву. – Даже его кровь омерзительно воняет. Не то что твоя, – небрежно бросил он, метнув на меня короткий, но оценивающий взгляд. – Раньше я не чувствовал твой аромат, но теперь понял, из-за чего весь этот сыр-бор. – Задумчиво помолчав, он вынул из-под плаща несколько стеклянных фиалов. – Хотя, полагаю, на самом деле я чувствую свой запах, так? Наши ароматы переплетены. – Он обратился к Филиппе: – Лучше тебе уйти, дорогая. Проверь нашего маленького друга.

Не дожидаясь ее ответа, мужчина схватил нож Фредерика, взвесил его в руке и вскинул. Я поняла, что он хотел сделать, и мои глаза расширились. Вскрикнув, я кинулась, чтобы остановить его – схватить за запястье, – но он укоризненно цокнул языком. В тот же миг из теней выступили фигуры. Розы не смогли полностью скрыть гнилостного смрада. Я замерла с широко распахнутыми глазами.

«Восставшие».

Повсюду.

— Ай-ай-ай, – подмигнул мне мужчина. – Трогать нельзя.

Не говоря больше ни слова, он вонзил нож в горло Фредерику и начал собирать в фиал кровь, хлеставшую жутким фонтаном. Однако от ее запаха клыки у меня не обнажились, наоборот, меня затошнило от ядовитого зловония.

— Не очень приятно, да? – Мужчина закупорил один фиал, потом другой и внимательно посмотрел на них в тусклом свете. – И все же это кровь Алого колдуна… Не хочется тратить ее впустую.