Книга Личная юрэй первого принца. Том 2, страница 58 – Селина Катрин

Ну, я бросила ему монету и растворила прежде, чем он её поймал. Требовательным мяфком меня заставили создать ещё игрушку. На третьей призрачной монетке Мандарин вонзил когти в монету быстрее, чем она исчезла.

Догадка озарила внезапно.

— А что, если на край монеты нанести насечки?

— Что? — Катэль так засмотрелся на нашу возню, что не сразу понял, что я говорю о решении проблемы.

— Насечки на гурт… Если сделать его рельефным, то любой спил будет виден. Объявить, что монеты с повреждённым гуртом принимаются казной исключительно по весу, а не по номиналу. Тогда сами люди будут внимательно их рассматривать и заключать сделки лишь целыми монетами.

— А внутренний гурт? Его же тоже расширяют.

— Да точно так же. — Я демонстративно надела монетку на мизинец. — Пусть кузнец сделает ребристый цилиндр нужного диаметра, и можно наносить насечки на монеты и изнутри. Но вообще, конечно, проще отливать монеты без дырок.

Катэль склонил голову, раздумывая.

— Нет, боюсь, отверстия по центру монет нужны, всё-таки люди привыкли их связывать десятками и так удобнее считать. Но насечки на внутренней стороне — звучит разумно.

Юля

Мириться с Катэлем оказалось куда проще, чем разобраться с тем, что он мне наговорил.

Я прокручивала его слова раз за разом, как любимую песню на повторе, и каждый раз глупое призрачное сердце делало предательский кульбит. Поэтому я решила: хватит. Выкинуть из головы. Стереть и развеять, как и положено приличной юрэй. Потому что — и тут я была твёрдо уверена — ничего хорошего из этого не выйдет.

Икари-сан однажды по доброте душевной просветил меня насчёт местных порядков. Оказывается, мужчины крупных драконьих родов Огненного Архипелага часто имели не одну жену, а несколько. Такое случалось, когда они не находили свою истинную за пятьсот-шестьсот лет. Первая жена, потом вторая и какие-то дополнительные, ещё мог быть целый гарем наложниц благородных кровей. При этом все браки оформляются официально: с печатями, церемониями и строгой иерархией между женщинами, кто кому кланяется первой. Ишь! Драконий мир, и даже тут бедных девушек заставили выстроиться в очередь за одним-единственным мужским телом.

Икари-сан в нашу очередную беседу рассказывал о традициях так буднично, будто объяснял, в каком порядке подавать чай гостям. А я слушала и понимала: нет. Увы, но всё это точно не для меня. После рассказа вдруг стало понятнее, почему я восприняла Харуку как трагедию, а Катэль, как мне показалось, особенно и не переживал.

Может, я теперь и летаю сквозь стены, но где-то внутри осталась прежняя я, для которой «мой мужчина» означает, что он только мой. Целиком. Без вторых жён, благородных наложниц и унизительного расписания, в какую ночь я имею право на внимание супруга. От одной мысли о подобном меня передёргивало. Перебор. Категорический, оглушительный перебор!

Так что я сделала единственное, что умела делать хорошо в любой непонятной ситуации: ушла в работу с головой.

В прошлой жизни я была редким специалистом, которого нанимали крупные компании, когда всё горело синим пламенем. Реструктуризация, оптимизация, переговоры с кредиторами, увольнения, спасение того, что ещё можно спасти. Я была профессиональным антикризисным менеджером. И вот, пожалуйста, судьба занесла меня в магическую Азию к дракону с дырой в казне. Чем не очередной кризис?