Книга Личная юрэй первого принца. Том 2, страница 53 – Селина Катрин

«Ого, а вот это уже оскорбительно для Правого Крыла по местным меркам», — мысленно присвистнула я. Но Мидзухо-сан всё же не был идиотом и промолчал. Зачем гневать первого принца ещё сильнее?

А Катэль остановился в дверях и, не оборачиваясь, бросил:

— Назначаю Такахиро-доно двадцать плетей за клевету в адрес Ватанабэ-доно. Наказание столь мягкое исключительно из уважения к статусу.

И вышел.

Тишина в зале была такая, что я слышала, как где-то за окном кричит птица. Такахиро-доно стоял посреди циновок с лицом человека, которого только что огрели доской по затылку. Бледный, рот открыт, руки мелко-мелко дрожат.

Ну что ж, не всё ему деньги на ритуальные халатики спускать… В прошлый раз Катэль его пожалел за то, что тот не занимался рисом, в этот раз кара, на мой вкус, была даже слишком.

Карп тебя возьми, Катэль Аккрийский.

Ты и правда дракон.

* * *

Катэль Аккрийский

Последние месяцы превратились для Катэля в сущий Нижний Мир. В собственном замке он чувствовал себя пленником. Ну а как по-другому, когда половина стражи шастает в белых одеждах с лилиями на груди? Служанки рода Белой Лилии скользили по галереям Небесного павильона с видом прилежных уборщиц, но тряпки в их руках были лишь прикрытием, ведь уши работали куда усерднее рук. Каждый шаг первого принца, разговор или взгляд в окно — всё уходило донесением к госпоже Харуке, Катэль в этом не сомневался и трёх капель.

Приходилось терпеть.

И ведь Катэль не мог отказать леди Белой Лилии в просьбе о переезде в Небесный павильон. Она будущая императрица, их уже видели поутру в одних покоях, и неудовлетворение такого пожелания Рёдзи-доно обернёт как неуважение к любимой дочурке. А проступки, как известно, необходимо оплачивать золотом.

Сама Харука порывалась прийти к нему и даже неоднократно просила аудиенции, но ничего толкового не сказала, паршиво играя роль влюблённой дурочки. Её отец пару раз прилетал во дворец и даже пытался завести разговор о ритуале Слияния Жизни, но здесь принц Аккрийский сообщил сразу очень чётко и громко, что в планах лишь классическая свадьба, на этом всё. Его дракон не чувствует в Харуке истинную. Драконица, судя по донесениям, несколько дней потом сидела в своих покоях, но Катэлю было плевать на её душевное состояние. Она подставила его, он не обязан проявлять благородство и заботиться о ней.

В принципе, леди рода Белой Лилии была отличной партией. Древний род, личная армия, политический вес — всё складывалось разумно и выгодно. Если бы не одно «но».

После визита к Рэйдену в Катэле что-то окончательно хрустнуло и сломалось. Или, наоборот, какая-то деталь встала правильно, как очередная точно выверенная чаша в клепсидре, которая переворачивается идеально с последней каплей. Младший брат, который столько лет был прикован к инвалидному креслу, теперь запускал облачные парусники с молодой женой и маленьким сыном. Он был счастлив, и Катэль по-белому завидовал ему. Рэй нашёл Леру, даже не чувствуя в ней истинную.

Встреча с третьим братом неожиданно встряхнула и перевернула всё с ног на голову. И вот теперь, возвратившись во дворец, Катэль столкнулся с очень неприятной мыслью: возможно, всю свою семисотлетнюю жизнь он принимал решения, исходя из неправильных приоритетов? Нет у него истинной, и что? Зато есть Юля. Разве Юля не стоит того, чтобы за неё бороться? Подумаешь, юрэй. Она ведь совершенно точно его юрэй. Подумаешь, его будут считать сумасшедшим. Какая кому разница?