Книга Невеста черного Медведя, страница 91 – Мария Лунёва

— Больная какая-то, - донеслось сверху. - Что это за язвы на её лице?

— Я же говорю, нечего там смотреть, бродяжка, - отмахнулся возница.

Я аж дышать перестала и спешно связанными руками ощупала лицо. Язвы! Где язвы? Какие ещё язвы он там увидел? Но всё было нормально: ни одного прыщика не нащупала. Может, послышалось. Мне легче стало.

А тем временем разговор продолжался.

— А вам чего девушки нужны? - полюбопытствовал возница. - Нехватка какая?

— Хм, а чего нам. У нас всего вдоволь, вон, хватай любую и прижимай к стене.

— Может, к вам на службу пойти, - пробубнил один их дубоголовых.

— Кто тебя возьмет-то, - высокомерно зарубил его идею на корню стражник. - У нас на место двадцать желающих. Не работа же, а сплошное удовольствие.

— А лесные как же? - расспрашивал возница. - Не нагрянут, пока мы туточки крутимся.

— А чего бояться и вам, и нам?! Ну, явится сюда чёрный воевода со зверинцем своим, так побросаем мечи и на колени свалимся. Кто же сдающихся бьёт. А потом при новой власти не хуже заживём. Князья, они вон тамочки, в замке обитают. А тут боги мы.

— Прямо-таки и боги, - хмыкнул возница. - Осторожнее с выраженьицами.

— А вот прямо и боги, - пафосно заявил в ответ стражник, - что хотим, то и воротим. И нет на нас управы.

Эта его фраза меня очень сильно задела.

Как ни верти, а правду этот гад сказал. Чтобы этот мир спасти, одного князя сместить маловато будет. Тут нужны жёсткие законы, чистка стражи от таких вот "божков". На дороги патрули пускать. И главное, давать хоть какую-то альтернативу для таких вот, как эти трое, что везут меня на рынок невольничий.

В город повозку запустили беспрепятственно. Скинув с лица мешок, осмотрелась.

Божечки, пустите меня обратно в лес!

Выпучив глаза, я зажала нос пальцами.

Всюду, куда бы ни попал мой взор, царила серость и грязь. Узкие улицы завалены мусором так, что кое-где и земли не видать: люди, вышагивая по тротуарам, утопали в таких местах по щиколотку. По дороге ручейком стекало нечто коричневое, что я бы приписала к нечистотам. Из окна второго этажа обшарпанного дома послышалось громкое: "Поберегись!", а вслед высунулся натуральный деревянный горшок, и полились струёй…

Ой..

Ой-ой-ой...

— Ребята, - взмолилась я, - а, давайте, вы меня к лесным вернёте. Ну же, голубчики, соглашайтесь, а я там совру, что спасители вы. Они вас и пристроят куда, и денег отвалят. А? Дело говорю.

— Ага, - отозвался дядина, - сунемся и голова с плеч.

Я на мгновение забылась, наблюдая, как в уголок за парадным крыльцом дома присела женщина и, задрав подол, принялась...

— Ё-ё, - простонала я, меня натурально тошнило. - Мальчики, заворачиваем, я вам гарантирую, живы будете. Валим отсюда, тут же зараза в воздухе витает. Да, как тут жить можно!

— Так мы жить и не собираемся, - хохотнул тупоголовый. - Тебя продадим и домой. У нас всё чище будет.

— Продадите меня, и тогда вам точно не поздоровится. Это я обещаю, - прорычала злая донельзя, глядя на ужас, творившийся вокруг.

— Да, ты не бойся, - миролюбиво протянул детина, - кого покупают - в другие города увозят.

— Ну, спасибо, гад, успокоил, - прошипела я и бросила на него полный возмущения взгляд. Но куда там, они веселились, наблюдая, как я вскипаю аки чайник.

— Слушай, девка, чего тебе не нравится, - возмутился то ли всерьёз, то ли в шутку возница, - могли ведь и прибить.