Книга В объятиях страха, или За котом на край Вселенной, страница 164 – Мария Лунёва

Айзек обернулся. Наши взгляды встретились. Капитан побледнел и, оттолкнувшись от своего кресла, добрался до меня.

Его губы постоянно шевелились, но я не слышала абсолютно ничего. Ни звука.

Бестолково моргая, я постоянно заваливалась вперед на Дика, ощущая, как немеет затылок.

Кто-то отстегнул страховочный ремень, и я упала вперед – прямо в руки Айзеку. Он поднялся и понес меня к стене.

«В медкапсулу», – сообразила я.

На запястьях щелкнули датчики. Маркус пристально всматривался в мое лицо, стирая кровь с кожи. Перед глазами зарябило. Он вдруг исчез, будто растворился в полумраке, а на его месте возник долговязый темнокожий улыбающийся подросток.

«Когда ты вырастешь, малявка, – зазвенело в моей голове, – я покажу тебе настоящий базар Нептуна».

— Мари, – прошептала имя, всплывшее в сознании. – Это ты, Мари?

Звуки лавиной обрушились на мой несчастный мозг.

Я слышала даже тяжелое дыхание Дика и тихий скрип нового моторчика Ти-си.

Система Цефея. Третья планета Ойкон. Территория станции «Ойкон-13». За два дня до нашей кончины… (Умереть порой бывает полезно, главное – сделать это своевременно и не взаправду.)

Всматриваясь в полумрак, царивший на мостике, я не могла понять, кто стоит передо мной. Перед глазами расплывались красные круги, а на меня, улыбаясь, глазел мальчишка.

— Ты вспомнила меня, Ли? – Он склонился ниже. – Ты знаешь, кто я?

— Мари. – Подросток снова стал Маркусом, только я все еще видела его в глазах друга. – Как я могла забыть тебя?

— Главное, что вспомнила. – Схватив в охапку, он так крепко меня обнял, что дышать стало трудно. – Сколько лет я ждал этого момента. Моя сестренка. Я достучался до тебя. Пробился через этот проклятый блок.

— Ты так часто называл меня сестрой, – прошептала я, жмурясь от подступающих слез. – Мне казалось это до странного естественным.

— Потому что, Ли, ты и есть моя сестра. – Он с такой нежностью пригладил мои растрепавшиеся волосы, что у меня все же пролились слезы. Я сконфуженно потерлась щекой о рыжий мех на вороте мужской куртки, стирая их. – Тихо, не плачь, моя ты мелочь с хвостиками. Я все сделал, чтобы вернуть тебе твою жизнь. И тебе, и себе. Теперь мы наверстаем все. Все, что у нас отняли. Будем счастливы, найдем свое место и заживем. Наконец-то заживем спокойно и без страхов.

Я кивнула и тяжело выдохнула, ощущая боль, спускающуюся вдоль позвоночника от шеи к пояснице.

— Терпи, я знаю, что это мучительно. – Маркус разжал объятия и уложил меня в капсулу. – Сейчас я сделаю один укол, и станет легче.

— Я тебя не забуду? – Испугавшись, я схватила его за руку.

— Нет. – Покачав головой, он вытащил шприц-пистолет и вставил в него ампулу. – Теперь уже точно нет.

Руку обжег укол. Ойкнув, я поджала губы.

— А качественно ей воспоминания блокнули. Не пожалели, хорошо напичкали препаратами. Это какую же дозу нужно в мозги ввести, чтобы ребенок брата родного забыл?! – Ан нахмурился, из-за ворота его куртки выглядывала испуганная Мумря. – Еще один такой сотряс, и голова окончательно прояснится.

— Не надо ей больше сотрясов, – зарычал над нами Айзек. – Вы мне все расскажете, но потом. А сейчас, Дигри, вкалывай моей девочке еще дозу обезболивающего и кутаем ее и Ким. Нужно уходить с корабля, пока все тут не покрылось льдом.