Книга Танцы в тумане, страница 116 – Мария Лунёва

* * *

Что-то горячее снова опалило кожу. Вздрогнув, я распахнула глаза. Надо мной сидел Вьюго, скучающе поглядывая на моросивший дождь. Я всё так же находилась в его объятьях, а зелёные огоньки продолжали свой безумный танец в предрассветных сумерках.

— Это души гурон, – шепнула я.

— С чего ты взяла? – Вьюго заинтересовано глянул на меня сверху вниз. – Тебе что-то снилось? Ты шептала странные слова.

— Мне снился храм и племя, приносившее в жертву женщин, одарённых магией жизни.

— Да, гуроны предпочитают именно таких. Но храма тут нет.

— Есть, – я была уверенна, что мой сон не был случайным. Это место желало получить ещё одну жертву.

Ближе к рассвету огоньки растаяли.

Над нами пронеслась стайка птиц. Одна из них уселась на входе в шалаш и распустила свой яркий красный хвост.

— Давай-ка убираться отсюда, – шепнул Вьюго, – поедим потом.

Я кивнула, разглядывая эту птицу. Выбравшись наружу, хотела достать украденную статуэтку цветка, но она снова обожгла мой живот, видимо, не желая быть поставленной на место. Отдёрнув руку, я оставила фигурку у себя.

Ногу что-то укололо. Опустив взгляд, увидела куст, усеянный чёрными цветами.

Сглотнув, понеслась к Вьюго. Оставаться здесь мне было откровенно страшно.

* * *

Пробираясь через густую траву, я вдруг наступила на что-то очень холодное. Отдёрнув ногу, отскочила в сторону и врезалась в спину Вьюго.

— Что такое? – развернувшись, он прижал меня к себе.

— Там что-то будто ледяное, – я ткнула пальцем в землю.

— Где?

— Там. Я наступила.

Отодвинув меня, северянин прошёлся вперёд и присел. Вырвав несколько пучков травы и сгребя влажную землю, он обнажил светлый участок.

— Камень, – взяв траву, он стёр оставшуюся грязь.

— Это алтарь! – я видела перед собой белый камень, исчерченный рунами, совсем как во сне.

— А где, ты говоришь, был храм?

— Ты на нём стоишь, чужак, – услышав скрипучий голос, я обернулась и тут же попала в плен чужих сильных рук.

— Отпусти мою женщину, гурон, иначе останешься здесь, – прорычал Вьюго, в его глазах мгновенно вспыхнул неистовый зелёный огонь, совсем как у теней, плясавших на этом месте всю ночь напролёт.

Гурон сжимал моё тело так, что становилось больно.

— Я сказал, отпусти мою женщину, – Вьюго медленно поднялся и демонстративно размял шею, так жутко ухмыляясь, что даже я сглотнула. Сейчас он мало напоминал себя привычного. В наполненных тьмой глазах неистово горело завораживающее пламя, отчего лицо моего мужчины больше походило на маску, перекошенную злобой. Его тень стремительно вытянулась и внезапно оторвалась от земли, обращаясь сизым туманом.

За спиной северянина колыхнулась трава, и на тропинку упали два безжизненных тела. Их лица, размалёванные чёрной краской, выражали неподдельный ужас. Тьма Вьюго разрасталась и наползала на нас, запугивая и угрожая скорой расправой.

— Раб Танука, – прошептал гурон, – палач. Хар рас! Хар рас!

Услышав команду, Вьюго издевательски засмеялся.

— Тас та, – прошипел он в ответ. Гурон дрогнул, но ладонь, удерживающая меня, не разжалась.

— Да, что ты такое, мертвец!

Вьюго склонил голову набок. Такой он пугал даже меня.

— Моя женщина, гурон, – повторил северянин. – Отпусти её и умрёшь быстро.

Я видела, как тёмная тень, стелясь по земле, подбиралась к нам ближе. Это заметил и воин, но вместо того, чтобы отпустить, он сжал моё горло сильнее.