Книга Танцы в тумане, страница 112 – Мария Лунёва

— Тогда откуда такой поток воды с небес? Странность какая-то, – Вьюго почесал предплечье, у меня тоже всё тело зудело от травы и пыльцы растений. – Может, само место какое-то не такое.

— Ну, не зря нас предупредили.

— Я думаю, нам стоит поспать сейчас, чтобы ночью не пропустить опасность.

— Ты спи сейчас, а я потом, – предложила я.

— Это лучшее решение. Как устанешь, или увидишь, что странное, даже если тебе только это привидится, буди меня.

— Угу, – я кивнула, – ложись на плащ, я тебя укрою.

Вьюго уместился на досках, поджав длинные ноги. Его голова легла на мои бёдра. Поглаживая его волосы, я вглядывалась в дождь. Это место, как, впрочем, и весь туман, наверняка, приготовил нам неприятный сюрприз.

Дождь лил, не переставая. Передёргивая плечами, я ёжилась от холода. Ничего странного или подозрительно не замечала, разве что тень белая впереди в зарослях мелькнула.

Пару раз треснули трухлявые ветви. Создалось впечатление, что прошёл тропинкою какой зверь. Я насторожённо всматривалась вперёд, но этот некто невидимый прошёл дальше.

Я отчётливо подмечала, как там впереди колыхалась трава.

Дождь сменил интенсивность и теперь уныло барабанил по лужам, надувая на воде большие пузыри.

В детстве мы всегда выглядывали в окно во время дождика с утра, и если видели на лужах эти самые пузыри, то приходили к выводу, что небеса будут поливать землю весь день, а то и два.

Примета у нас была такая.

Порой наши предсказания сбывались, порой нет.

Но даже сейчас, глядя на лужу, ребёнок во мне, улыбалась, предрекал дождливую ночь и весь следующий день.

Вьюго крепко спал.

Судя по тому, что легли мы поздней ночью, а за утро он успел сделать так много, я предположила, что он и не спал вовсе. Возможно, опасался нападения деревенских жителей. Я продолжала упрямо мысленно называть их людьми.

Не мертвяками и не неупокоенными.

Они были люди, и всё тут.

Им бы вещи новые. Одеяла. Ведь и мёртвые мёрзнут. И гурон бы согнать туда побольше. Да, во мне проснулась эдакая кравожадина, которая самолично готова была уложить парочку своих врагов им на алтарь. Вот бы вождя туда, чтобы он их развлёк.

Может быть, нехорошо так думать.

Хотя, после того, что я пережила, виноватой себя за свои мысли не считала.

Мой взгляд упал на резные игрушки, выставленные в ряд. Кое-какие фигуры были мне знакомы: волки, медведи, зайцы, цветок, похожий на розу. Резьба была настолько искусной и изящной, что, казалось, будто это настоящий цветок, обращённый в дерево.

Эта статуэтка настолько мне понравилась, что, не утерпев, я подняла её и поднесла к носу. Да, такой родной запах. Анчар. Так пахла папина мастерская, а ещё этот аромат чётко ассоциировался у меня с Вьюго.

Два моих самых любимых мужчины пахли одинаково.

Я обожала отца. Не знаю, как смогла пережить его потерю.

Поджав губы, всматривалась в деревянный цветок. Такая красота. Не удержавшись, засунула его за пазуху платья. Знаю, что воровать нехорошо, но не выдержала. Надеюсь, мастер, что их стругает, меня простит.

Смеркалось. В высокой траве гулял ветерок. Деревья необычно громко скрипели. В зарослях квакали редкие лягушки. Мы всегда считали, что животные в тумане не плодятся. Но тогда откуда же тут мелкая живность?!

Тяжело вздохнув, я погладила спящего Вьюго по голове. Мои пальцы зарылись в густых длинных вьющихся локонах. Мягкие на ощупь. Мне всегда думалось, что у мужчин волосы жёсткие. Но, нет. Мой северянин что-то промычал и прижался к моим ногам сильнее. Во сне он был похож на мальчишку, только большого и грозного.