Книга Узник тумана, страница 86 – Мария Лунёва

Скользнув губами по линии моих волос, Лассе отстранился и взялся за нож.

На моих глазах вырисовывался образ лисы, обхватывающей хвостом несуществующий клинок кинжала.

Так наблюдая за мужем, я незаметно для себя погрузилась в сон.

Но фигурки из рук так и не выпустила.

Огонь. Яркие ревущие столбы ослепляли. Они стеной окружали меня. Языки пламени лизали подол платья, оставляя после себя жирный липкий пепел. Я металась по кругу, пытаясь найти лазейку. Выскользнуть из этой смертоносной ловушки. Но ничего… Жар опалял волосы. Едкий запах не давал дышать полной грудью.

Присев на корточки, я сжалась в комочек, понимая, что спасения не будет.

Сквозь бешеный рёв пламени слышала тяжёлый старческий смех. Но вместо Верховной там, за огненной стеной, видела чудовище – чёрную, грязную тень. Она веселилась, впитывая в себя мой страх.

— Папа! – взмолилась я и тут же вспомнила, что его уже давно нет.

Монстр остановился и, оскалившись, потяну ко мне когтистые туманные руки.

— Лассе! – заверещала я.

— Сонья! – кто-то легонько тряс меня за плечи.

В ужасе распахнув глаза, пыталась понять, где я, и что происходит. В панике не узнавала комнату – всё вокруг казалось чужим.

— Ну же… Приходи в себя!

Надо мной, как стена, навис огромный мужчина. Северянин.

Сердце колотилось как бешеное. Вскинув руки, я вцепилась в него, крепко обнимая за шею. Словно он та соломинка, что спасёт меня от всех монстров.

— Лассе?! – шепнула я, сжимая руки всё крепче.

— Да, Сонья. Всё хорошо, – он легонько погладил меня по спине, давая время, чтобы успокоиться и прийти в себя. – Это сон. Плохой, страшный, но всё же сон.

— Огонь… – прохрипела я. – Повсюду пламя. Я чувствовала его, слышала запах… Мои волосы, они обгорели. Платье… Пепел на пальцах. Я видела…

— Сон, Сонья. Ты в безопасности – в моих руках. Прости, мне пришлось выйти в лагерь за храмом. Но я больше не оставлю тебя ночью одну. Не уйду! Слышишь?!

— Огонь, – я всё не могла поверить, что ничего этого нет.

Мои руки дрожали, липкий пот покрыл затылок и спину.

— Да, ты бормотала во сне. Боялась, что сгоришь. Но это всего лишь твои страхи, моя девочка. В этой комнате есть только я. Никакого огня нет! – прижав к своей груди, он отвёл разметавшиеся локоны от моего лица. – Нужно принести таз с водой и умыть тебя. Сменить одежду, она влажная.

— Нет, не отпускай меня, – я вцепилась в его тунику. – Не уходи.

Я ещё никогда в жизни так не боялась остаться одна. Не верила, что сон может быть столь реален.

— Сонья, успокойся. Это всего лишь кошмар. Но ты проснулась, и наваждение ушло.

Я с трудом кивнула. Разжав руки, позволила ему уложить меня на подушку.

Лассе поднялся и, сдёрнув шкуру, быстро сходил в умывальню, вернувшись с тазом.

Ничего мне не говоря, помог стянуть липкую тунику и, отжав тряпицу, обтёр моё лицо, шею, спину между лопатками, грудь… Его движения замедлились. Отбросив ветошь в воду, он склонился и, обхватив ладонью затылок, легонько коснулся моих губ своими. Закрыв глаза, я наслаждалась его трепетной нежностью. Он пил меня, уничтожая в душе страх, подменяя его совсем иными чувствами. Ухватившись за его плечи, млела от немного грубых прикосновений мозолистых рук.

Глухо застонав, Лассе слегка отстранился, позволяя мне сделать вдох.