Книга В поисках Оюты, страница 51 – Мария Лунёва

Но мне сейчас было немного не до его эмоций. Представив, как лежу перед ним в разорванной юбке, светя трусиками, вспыхнула от стыда и постаралась вернуть тряпку, что прикрывала меня. Но мои потуги не замечали, рубашка оказалась на полу.

— Шу... — выдохнув, постаралась соединить подол юбки. — Неприлично же. Зачем?

Вместо ответа он принялся меня раздевать. Я молча ловила его за руки, сопротивляясь, но в итоге этой несколькосекундной немой битвы остатки моей одежды присоединились к черной рубашке.

— Шу!

Я старалась прикрыться, хотя нижнее белье он не тронул. Даже не попытался к нему прикоснуться.

Такой стыд! Я чуть ли не рыдала от унижения.

— Луиза, нам лететь в космопорт, оттуда к тебе домой, — он запустил руку в волосы, плотоядно оглядывая мое тело. — Как думаешь, далеко мы уйдем, когда охрана увидит тебя в этом рванье и избитую?

— А попросить меня снять все самой? — возмутилась я.

— Я мужчина, и обязан заботится о тебе...

— И как это связано с процессом моего раздевания, Шу? — вот теперь я рычала, перебивая этого несносного озабоченного типа.

— Наверное, никак, — он пожал плечами. — Увлекся. Слегка. Но отворачиваться не буду. И вообще, с таким шикарным телом чего там тушеваться?

— Сейчас же выдай мне что-нибудь из одежды, — уже спокойнее процедила, зыркнув в сторону двери, ведущей, наверняка, в каюту.

— Сначала проведем диагностику, — заупрямился он.

— Шу, немедленно снимай с себя рубашку!

— Раздеваться? Уже? — он восторженно приподнял бровь. — Да это я быстро.

— Шу! — перешла я на рык. — Мне стыдно! Я тебя первый раз вижу...

— Неправда! Я клеюсь к тебе уже несколько месяцев! Я тебе как родной.

— Шу, — я сдулась, — умоляю...

— Луиза, нам вдвоем лететь не пойми куда. Мы будем жить вот в этом замкнутом пространстве. Может, неделю. Может, две. А может, и больше. Я взрослый мужик, ты не девочка. Что ты там жмешься? Что я не видел?

— ШуЭхор! — и слушать его не желала.

— Ладно, — он выставил ладони в знак примирения. — Сейчас выдам тебе чистую длинную рубашку. А раздеться не попросил, потому как понимал — начнешь сопротивляться и в итоге останешься в своей рвани. А так вроде как и повздорили, но ты хоть в чистом будешь.

— Не делай так больше, — я поджала губы.

А ведь он прав, я бы сейчас не разделась перед ним добровольно.

— Не обещаю, — он усмехнулся и, склонившись, провел указательным пальцем по моей брови. — Ты безумно красивая, Луиза. А еще упрямая. Запомни, на этом корабле я капитан. И если приказал стягивать тряпки, значит, выполнять. Ясно?

— Черта с два! — выпалила я.

— Отлично, вот и разобрались, — потерев ладони, он отправился в каюту за рубашкой.

Сидя в медицинской капсуле, я старательно закатывала рукава длинной белоснежной мужской рубашки. Шу она, наверное, была даже узкой, мне же — целый балахон по колено.

— И ты еще спрашиваешь, почему я тебя мелкой называю? — усмехнулся мой спаситель, поглядывая на меня сверху вниз. — Да ты же мне в прыжке до плеча не достанешь.

— Чего это? — мгновенно вспыхнула я. — До подбородка достаю, уже проверила.

Он тихо рассмеялся и приладил к моему запястью широкую растягивающуюся черную манжету на магнитных липучках.

— Значит, все-таки интересен, иначе тебя бы не волновало, как мы смотримся со стороны, — две огромные мужские ладони легли по обе стороны моих бедер. Склонившись, Шу легко поймал мой взгляд. — Интересен? Так ведь, Луиза? Только без обмана.