Книга В поисках Оюты, страница 164 – Мария Лунёва

Взрыв! Корабль мелко задрожал. Ещё вспышка и ещё. Под нами снова разразился ад. Огненная стена накрыла шлюзы, облизывая широкие прозрачные трубы, вихрясь и поглощая их.

Снова взрыв. Меня тряхнуло. Женщина в динамике умолкла. На поверхность планеты чудовищными осадками падали куски горящего покорёженного сверхпрочного пластика. Небо над поселением содрогалось в агонии.

Залп. Высокую вышку диспетчеров смело взрывной волной, кроша на мелкие обломки.

Прикрыв глаза, я помолилась за ту женщину, что замолчала несколько минут назад. И желала ей легкой смерти. А в душе разливалась тихая скорбь.Да, спасти её уже никто не мог. Она была обречена с самого начала, но отчего-то я ощущала перед ней дикую вину. Словно это я своими руками убила её. В уголках глаз собирались горькие и такие непрошеные слёзы.

Шу, не глядя на меня, нажимал огромную красную клавишу в центре джойстика управления, наводя на мониторе красный крест на очередную цель. Словно игра, только вот всё это была жестокая реальность.

Вспышка и центральное здание вокзала занялось огнем.

Я не понимала его действий, но вопросы задавать не решалась.Шу был по-настоящему жесток. Под маской вечно шутящего циничного гурсана скрывался холодный и расчетливый мужчина. И какое же счастье, что этот мужчина был на моей стороне. Иметь такого врага — чистый приговор без права на апелляцию и помилование.

Теперь я осознавала, почему его так боялись.

Его внешность преобразилась в ярких отсветах с экрана, отображающих все новые и новые залпы. Хищное лицо с острыми скулами и тонким правильным носом с легкой горбинкой. Ровные почти белые брови, тонкие губы. Ни одной мягкой черты. Ни намека на слабость.

— Я люблю тебя, Луиза, — негромко произнес он, видимо, почувствовав мой изучающий взгляд. — Все, что я сейчас делаю... Всё это ради ребенка, которого я и в глаза не видел. Мне важна эта девочка только потому, что ты её мать. Важен этот мальчик потому, что он брат той, что ты зовешь дочерью. И я люблю их только потому, что они часть тебя. И нет! Мне никого другого там внизу не жаль. Не смотри на меня так испугано. Я такой, какой есть и другим никогда не стану.

Отвернувшись, я лишь выдохнула. Он прав. Во всем прав. Не он, так черные чистильщики и черви с плотоядными личинками. Такова их судьба. А Шу...

— Я уже поняла, что в этом мире выживает сильнейший, — пробормотала негромко, — и без тебя не было бы у меня хорошего будущего. Рабство в лучшем случае. Про Оюту молчу. Она все эти годы находилась под ударом, и это огромное везение, что ты появился до того, как они забрали её. Я ни в чем тебя не виню. Просто всё это...

— ... Не для тебя, — кивнул он. — Это меня в тебе и привлекло. Стойкость и мягкость. Твои глаза светятся добром, Луиза, каждый раз, когда к тебе бежит очередной приютский малыш. Другая бы с твоей судьбой озлобилась, но не ты. Все я понимаю, но по-другому нельзя. И мне быть другим нельзя.

Кивнув, я немного смутилась от его слов. Отвернувшись, уставилась на монитор, заполненный живым пламенем, уничтожающим одну постройку за другой. В голове возникла просто чудовищная мысль. Сжав подлокотники, я испуганно спросила:

— Шу, а они точно в том контейнере? Не в здании?

— Да, — он медленно кивнул и потянул на себя штурвал, заходя на второй круг. — Я взломал базу Бриокса. Дети на борту, корабль... На месте все увидишь.