Книга Беглянка ночного короля, страница 76 – Мария Лунёва

Я приподняла бровь.

— А еще этой ночью меня не будет, ограбили склад в порту. Нужно разобраться, поэтому хочу спросить – мои рубашки, что забирали в прачечную, выстираны? Черные.

Я облизнула губу.

— Ты ведь прекрасно знаешь, как вести хозяйство, милая. Когда-то здесь были теплицы и небольшой огород. Комнаты обставляли наспех. Все запущено. Я не требую, чтобы ты прямо сейчас понеслась возводить грядки и выращивать так любимые мною травы и приправы или менять во всех комнатах занавески. Но все же…

Мне стало чуточку стыдно.

— Наш брак продлится всего год… – напомнила я.

— Только потому, что так хочешь ты, я же желаю иного. Может, так прирастешь душой к кустам с томатами, что останешься со мной ради них.

— Шай…

Я искренне не желала вникать в дела этого дома.

Что-то не давало мне пойти на уступки. Просто… Просто я его не простила.

Гордость, вот что не позволяло мне сейчас улыбнуться и сказать: «Да, дорогой».

— Найми экономку, Шай, а я через год уеду отсюда подальше. После у меня будет действительно свой дом, теплицы и грядки. А это поместье душу мою не тревожит.

— Хочешь, чтобы наши гости видели подобное запустение и прохаживались со сплетнями о тебе и твоей матушке?

— Причем тут моя мама! – мгновенно вспылила я и подалась вперед. – Зачем ты вспомнил о ней?

— Воспитание дочери – заслуга матери. Ты опозоришь даже не меня или себя. А ее.

— Это подло, – выдохнула я. – Ты бьешь по больному.

— Нет, напоминаю о главном, Ханна. Ты любила ее, и наверняка она желала тебе счастья.

Я засмеялась горько и зло.

— Она взяла с меня клятву, Шай, умирая, что я никогда не повторю ее судьбу, не назову мужем того, кого не люблю.

— Так полюби, – пожал он плечами. – Что, Ханна, тебе мешает полюбить меня?

— А тебе? – попыталась я вернуть ему его же слова.

— Мне? Ничего! А я разве сопротивляюсь чувствам? Или отвергаю наш брак? Нет. – Он развернулся и возмущенно развел руками. – Так что у нас на ужин, дорогая?

— Полагаю, что еда, дорогой! – процедила я в ответ.

— Ну, не яд. Уже хорошо. Хотя я слышу запах ненавистной мне рыбы.

— Суббота. В этот день наша кухарка любит баловать домочадцев рыбными котлетками.

Шай скривился так, что у меня проснулась совесть. Все же нужно было уточнить у него, что готовить. Хотя…

— Рыба весьма полезна. Она должна быть в рационе…

— Еще одно правило из мира аристократов, да?

Он совсем скис.

— Нет, лично мое.

— Ты жестока, Ханна. Но раз уж полезно, то я осилю этот ужин. А что с моими рубашками, дорогая?

— Не имею ни малейшего понятия, дорогой!

— Плохо, дорогая. Мне не к лицу появляться в белоснежных рубашках.

— А что в них, плохо с тенью будешь сливаться? – Я не могла не ущипнуть его. – Не столь сурово будет капюшон на голове сидеть? Или что?

— Вернусь как трубочист, – мило улыбнулся он. – Склад – дело грязное.

— Хм… Прачечная где? – уточнила я.

— Вот завтра бери в оборот дворецкого и изучай. Я очень надеюсь, что через год ты и не вспомнишь о разводе.

— Надеждам свойственно не сбываться.

— Только не моим!

Тяжело вздохнув, он отправился в гардеробную.

Перевернувшись на бок, я ощутила тяжелую мужскую руку. Она легла на мое бедро через одеяло, придавливая к матрасу. Распахнув глаза, я уставилась на мощную мужскую грудь. Обнаженную. Подняла взгляд выше. Шея, кадык, волевой подбородок.