Книга Беглянка ночного короля, страница 34 – Мария Лунёва

— Я надеюсь, за людьми работа сохранится? – громко спросила я, чтобы все присутствующие слышали мой вопрос и ответ господина О’Доэрти.

— Конечно, – прозвучал его голос за спиной. – Часть слуг перейдет в наше поместье, дорогая моя Ханна, а часть – останется здесь. Дом, скорее всего, я буду сдавать. Так что и работа, и оплата – как и положено.

Ну хоть кому-то будет хорошо.

С этой мыслью я вышла из дома и бодрым шагом по разбитой дождями дорожке направилась в сторону кареты. Но меня тут же поймали за талию.

— Так не годится, Ханна! Дай мне свою руку.

— Зачем?

Я подняла голову и заглянула в глаза дракона. Его вытянутый зрачок пульсировал.

— Потому что мне так приятнее, – с нажимом проговорил О’Доэрти. – Я прекрасно понимаю, что ты чувствуешь, но изменить ничего не могу. Все, что ты сказала, – правда! Я выиграл тебя в карты. И сел за стол с твоим отцом, только когда услышал, кто на кону. Да, это так. Я желал заполучить этот приз. Но когда я выиграл в первый раз, то отдал ему расписку. Потребовал, чтобы он порвал ее и никогда не смел больше играть на дочь. Я не лгу, Ханна. Но он не услышал меня. В тот день, когда я принес его в дом без чувств… Именно тогда он вновь поставил тебя. И тогда я решил, что лучше я, чем кто-то наподобие тех подонков, что встретились тебе в парке…

— Но это не объясняет, почему я должна сейчас стать вашей женой.

Мой голос звучал спокойно, хотя в душе одолевала буря эмоций. Мне было неприятно слушать его откровения.

— Все узнаете, милая моя, а сейчас просто дайте мне руку.

Тяжело вздохнув, я позволила провести себя до кареты и усадить внутрь на мягкий диванчик.

Никто меня не провожал. Никто не спешил занять рядом место на правах родственника.

Я горько усмехнулась. Мамы уже давно нет. Отец, наверное, валяется в какой-нибудь подворотне. А больше и нет никого. Все давно – в фамильных склепах.

Господин О’Доэрти забрался в карету следом за мной и, устроившись напротив, постучал в окошко вознице. Экипаж плавно тронулся. Отвернувшись, я смотрела в окно. Не так представляла свою свадьбу.

— У вас есть родня? – спросила я тихо.

— Нет, потерял всех. Сначала ушел брат. Потом, через год, матушка. Отец пожил дольше, но подорванное здоровье… Его не стало прошлым летом. С дальними родственниками никогда не общались, поэтому в храм мы пойдем вдвоем. Свидетелей впишет жрец, оформляющий запись.

— Зачем же было облачать меня в это платье? – расправила я белоснежный подол.

— Я не злодей, Ханна. Лишить тебя еще и возможности в этот день быть красивой не мог себе позволить.

Усмехнувшись, я внимательнее взглянула на него. Белоснежная рубашка и жабо, украшенное сапфировой брошью. Черный бархатный сюртук, штаны из дорогой мягкой кожи. Высокие сапоги. Красив, но…

Я отвернулась.

Мы ехали молча. Я разглядывала город из окна. Респектабельные дома сменялись обычными двухэтажными, в которых проживали торговцы. Не бедные, но не имеющие титула, чтобы перебраться в район лучше. Что же, я не могла винить мужчину, который сидел напротив меня, в том, что он желал улучшить свое положение в обществе. Но вот методы…

Что бы он ни говорил, простить то, что он играл на меня и воспользовался своим выигрышем, я не могла. Я ведь просила его не играть с отцом на дом, но он лишь покачал головой.