Книга Искра для звёздного генерала, страница 65 – Юлия Марлин

— Продолжайте, - прошу чуть слышно, с показным спокойствием, но внутри пылаю от гнева и ярости. Гадина! Из-за неё я трижды чуть не погибла.

Ной глухо вздыхает.

— Когда озвученные факты стали достоянием общественности, дочь Императора тотчас публично раскаялась, обвинила в собственных поступках ревность и смятение и попросила у отца и мужа прощение.

Впиваюсь в мужчину взглядом.

— И?

— Император простил любимую дочь, - разрывая сердце на куски, сообщает Распорядитель. – И запретил преследовать ее по закону.

Качаю головой и зло усмехаюсь.

— Я даже не сомневалась.

Мой рассеянный взгляд скользит по внутренним террасам, паркам, садам, смещается к бескрайней глади океана и устремляется в кровавый закат.

— А что генерал? Тоже простил любимую женушку?

— А как думаешь ты, элейна? – Раздаётся из коридора такой знакомый властный голос.

В спальню входит Риат. Распорядитель Дома тут же сторонится с дороги, отвешивает хозяину поместья глубокий поклон и оставляет нас вдвоём. Риат как всегда невероятно красив. Элегантная военная форма подчеркивает его мужественную красоту и могучую силу. Синие глаза прищурены и смотрят в упор. Черные волосы собраны в хвост.

Сглатываю и отступаю на шаг.

Кого-кого, а Истинного, покинувшего Нилаим три дня назад, предварительно засыпав меня упрёками, я увидеть не ожидала.

Вздергиваю голову и, не показывая страха и отчаяния, усмехаюсь:

— Она ваша жена, сейн Алдер. Откуда мне знать.

— Мирана – дочь Императора, Ария. – С глухим рыком напоминает Риат и растегивает верхнюю пуговицу кителя. – Владыка сурово пожурил ее за… эти глупости.

— Сурово?

— Отчитал, как ребёнка.

— И это всё? – Вздергиваю бровь.

— Пойми, даже при всем моем влиянии и связях, в данном случае – я бессилен.

— Ах… - Впиваюсь в мужчину горящим взглядом и понимаю, что вот-вот

сорвусь. – Выходит, дряни всё сошло с рук? Как символично.

— Истинная, перестань. Император запретил причинять его дочери страдания, - Риат широким шагом направляется навстречу. – Я сделал всё, что мог.

— А мне, значит, можно их причинять? – Шиплю в красивое мужское лицо: каменное и неподвижное.

— Ария, хватит.

— Или что?

— Ты признала меня Истинным. Инициация состоялась. На том берегу. И обязана прислушиваться к просьбам. Я прошу. Тебя. Успокоиться.

— Нет, не признала. Вы воспользовались моей беспомощностью, генерал. Взяли силой. А теперь плюнули в лицо, сказав, что и пальцем не тронули ту, что едва не убила вашу пару. – Кипя от ненависти, толкаю Риата кулаком в плечо и говорю то, что давно – с болью и отчаянием ношу в собственном сердце. – Ненавижу вас, генерал, и вашу чертову звёздную Империю!

Губы Риата поджимаются в прямую черту. Он пристально вглядывается в непокорную Истинную:

— Это всё, что ты можешь сказать?

Взмах руки и еще одна пуговица оказывается расстегнута на его синем изысканно пошитом мундире с высоким воротом.

Я молча киваю. Пропасть между нами не стала меньше. Привязка сводит с ума, притягивает нас, но истинной любовью тут и не пахнет.

— Мне жаль, что всё случилось именно так, - рычит генерал. – Жаль, что тебе довелось пережить из-за капризов Мираны, но отчасти – ты виновата сама.

— Я?

— Не следовало принимать у нее имплант. И тем более, верить в её благие намерения, - упрекает Риат.