Книга Поместье Блэкторн, страница 35 – Джей Ти Джессинжер

— Удивительно щедро с твоей стороны. Когда это ты стал таким бескорыстным?

— Я размяк с возрастом.

Судя по внешности, нет. Во всех нужных местах он очень мощный и крепкий.

Хоть мне и не хочется в этом признаваться, но мне любопытно разузнать про него. Мне интересно, чем он занимался последние двенадцать лет, счастлив ли он, одинок ли, есть ли у него жена. Кольца у него нет, но это особо ничего не значит.

Зная его, он наверняка снимает его и кладет в карман каждый раз, когда выходит из дома. Пес паршивый.

— Вперед, можешь спрашивать.

— Прошу прощения?

— Можешь задавать мне любые личные вопросы.

— С чего это?

— Потому что хочешь.

— Нет. Не хочу. Я ничего от тебя не хочу.

Он облизывает губы и глядит на меня, а его бледные глаза горят пылающим жаром.

— Конечно. Я тоже ничего от тебя не хочу. Теперь мы оба вруны. А теперь ешь свой чертов бекон и прекрати улыбаться, потому что тебе наконец удалось меня взбесить.

Я улыбаюсь шире. А потом поднимаю бокал и закидываю кусок бекона в рот.

Его раздраженный рык – это самое приятное, что я слышала за долгие годы.

Я помешиваю лед в первой «Маргарите», но не притрагиваюсь ко второй. Нельзя рисковать пьянеть рядом с этим мужчиной. Он слишком опасный соблазн.

Хоть я его и ненавижу, он все равно словно яблоко, которое змий предложил Еве. Один укус приведет к полной гибели.

Снова.

Я рассматриваю эту встречу как упражнение в самоконтроле и ничего больше. Хороший знак, что я не поддаюсь искушению использовать столовые приборы в качестве оружия.

Украдкой наблюдаю, как Ронан уминает остатки своей еды. Он ест так, будто несколько лет блуждал по пустынному острову, где держался только на размоченной древесине. Не помню, чтобы раньше у него был такой волчий аппетит. С другой стороны, не то чтобы мы много рассиживались за едой, когда были вместе.

То, чем мы занимались, сжигало гораздо больше калорий.

— У тебя снова покраснело лицо. Какие-то проблемы с кожей?

— Заткнись, Ронан.

— Заставь меня.

— Не искушай меня. У нас в подсобке лежит бензопила с твоим именем.

Закончив поглощать свое блюдо, он откидывается на диване, берет салфетку и вытирает ею рот и пальцы. Потом хватает свежую «Маргариту» и взмахивает ей, словно накладывает заклятье.

— Значит, ты не замужем, живешь не в Лос-Анджелесе, у тебя степень по жукам, дочь, которая совершенно точно не моя, а труп твоей бабушки пропал. Что еще новенького?

Мне нравится его раздражение. Это ставит нас в равные условия.

Я тепло и добродушно улыбаюсь:

— Ты вроде исчерпывающе все резюмировал.

Его глаза сверкают яростью, а тон становится вызывающим:

— Никаких забавных историй из университета, чтобы меня развлечь? Никаких милых подробностей про твоего замечательного жениха?

Если я расслабляюсь тем сильнее, чем больше он злится, то он расслабляется, когда злюсь я. Мы два противоположных конца двуручной пилы, две стороны одной медали. Если мы когда-нибудь встретимся посередине и оба окажемся счастливы, то все известные галактики, скорее всего, взорвутся.

— Про Эзру? О, да особо нечего рассказывать. – Я рассеянно рассматриваю свои ногти. – Кроме того, что он высокообразован, невероятно умен, финансово независим и является одним из самых выдающихся исследователей в своей области.