Книга Измена. Мы (не) твои, страница 45 – Анна Арно

— Что ты сделаешь, Василёк?

— Я… я… заявление напишу! Об из-знасиловании!

— Вот как? — усмехаюсь, не в силах перестать наблюдать за ее красивыми губками. — Боюсь предложение слишком заманчиво. Даже если меня посадят — оно того стоит.

Поднимает на меня возмущенный взгляд, однако щечки красиво алеют.

Еще вчера я бы решил, что такими угрозами могу напугать ее. Но сегодня… после того, как поцеловал ее, знаю, что она не так уж сильно боится меня, как сама хочет думать.

Вот и сейчас…

Я кожей чувствую, как сбилось ее дыхание. Явно забывшись она прикусывает пухлую губку и наконец прячет стыдливый взгляд. Темные ресницы трепещут над розовыми щечками.

Блядь… как же красиво…

Вася наконец пулей влетает в мою квартиру, видимо от смущения потеряв дар речи и способности к ориентированию на местности.

Хотя я именно на это и рассчитывал.

Вхожу вслед за ней в квартиру и едва не спотыкаюсь о Васю, шокированно застывшую в проходе в зал.

Выглядываю из-за нее, чтобы понять, что же ее так удивило и тяжело вздыхаю.

Черт. И как я теперь должен это объяснить?

Посреди зала стоит красивучая детская кроватка с балдахином. У стены пеленальный столик. Коляска какая-то навороченная. Целые ящики памперсов и куча других полезных мелочей для младенца.

— Василёк, я щас все объясню, — Руслан устало трет переносицу.

Мельком вспоминаю, что он выходит со вчерашнего дня так и не спал до сих пор, и может потому кажется мне с самого утра какими-то непривычно… мягким что ли.

— Я может поспешил немного, — будто слова подходящие подбирает, — но короче…

— Расслабься, — прерываю я его, осознавая, что его личные дела меня никак не должны касаться. — Ты не должен ничего объяснять.

— Уверена? — с сомнением спрашивает Руслан.

— Конечно, — киваю.

Не должен. Потому что все и так предельно ясно.

Ясно, что Руслан просто прекрасный отец, который заботится об удобстве своего ребенка. Того самого, о котором упоминал вчера у больницы.

Живет ли малыш с ним, или просто в гости его мать привозит, но у крохи тут есть все.

Здорово. Рада за них всех.

Судя по расцветкам детского барахлишка все это принадлежит мальчику. Выходит, что у Руслана уже есть один сын.

Вот и замечательно. Значит не убудет с него, если про Даню я ему не расскажу.

А то ишь чего. У него тут целая семья имеется, а он ко мне целоваться лезет!

От воспоминания об этом меня даже в жар бросает и я спешу пройти вглубь квартиры, лишь бы не стоять рядом с этим возмутительным типом.

Еще и говорит, мол я не оттолкнула! Да это надо же таким хамом быть?! Я ведь просто не ожидала, что он вдруг решит целоваться лезть! Чокнутый нахал. И угораздило же меня с ним связаться. Да еще и ребенка именно от него родить…

Эх.

Руки почему-то дрожат и я прижимаю их к груди. Я же не собралась расстраиваться из-за того, что у отца моего сына есть другой сын?

Нет конечно. Подумаешь…

Невольно оборачиваюсь на бессовестного мужика, который все еще покачивает моего мальчика.

Нашего мальчика.

Руслан осторожно опускает Даню в кроватку. Что-то тихо шепчет нашему сыночку, и… касается губами пушистой макушечки.

Ой мамочки… Да почему у меня из-за такой ерунды сразу сердце замирает. Ну подумаешь чмокнул нашего сына. Что ж теперь рыдать от умиления?

Да, Руслану очень подходит быть отцом, и это сложно отрицать. Но так же ему очень подходит быть бабником, нахалом и грубияном. А я на такое не подписывалась.