Книга Развод в 46. Любовь тут больше не живет, страница 121 – Александра Багирова

понял. И я видела перед собой красивого, разумного молодого человека. Костя не просит его

забрать с училища. Говорит, что планирует там доучиться. Там есть перспективы, там дают

хорошие знания, и суровая дисциплина его скорее стимулирует, чем мешает.

Мое материнское сердце ликует. Я вновь обрела своего сына.

С Аней и Ильей, увы, так не будет. Но все же я надеюсь, что когда-то они найдут правильную

дорогу в жизни. Я как мать их люблю и всем сердцем им этого желаю.

Мы выходим к лесной тропе. Деревья украшены лентами, маленькими плакатами с милыми

надписями:

«Ты знаешь, что самая удивительная женщина?», «Знаешь, как я люблю наших детей?», «А

тебя?», «Я ждал тебя всю жизнь, Муза моя», «Ты моя судьба», «Нежная», «Прекрасная», «Фея

моя»…

Их так много. Столько приятных слов, нежностей. Верчу головой и читаю.

— Филипп… — сердце в груди отплясывает незнакомый мне танец.

Он таинственно молчит, только держит меня за руку и ведет дальше.

Мы выходим к поляне. На возвышении. Там, если смотреть с обрыва открывается потрясающий

вид. Горы, яркое голубое небо, пушистые облака, внизу озера, все утопает в зелени. Сочные и

яркие краски.

Посредине поляны стоит картина. Я в полный рост на фоне этого великолепия, а в руках у меня

маленькая коробочка. Подхожу ближе. Вглядываюсь вроде бы в свои же черты лица. И восхищенно

всхлипываю.

Там любовь в каждом штрихе, в каждой линии, я смотрю сейчас на себя глазами Филиппа. Именно

такой он меня видит.

— Это нереально… Филипп так красиво… у меня нет слов… — слезы счастья непрерывным ручьем

текут по щекам.

— Чего-то не хватает, — он становится передо мной на одно колено, протягивает мне открытую

коробочку. — Стань моей женой, Регина. Выходи за меня. Родная и любимая моя.

Кольцо невероятно красивое. Я таких никогда не видела. Оно довольно массивное, в нем

переплетено столько причудливых линий, камень посредине, и работа такая искусная. В нем тоже

в каждой линии я вижу любовь. Если присмотреться, это слово читается в линиях. И чем больше

смотришь, тем сильнее видишь, как переплетаются наши судьбы.

— Филипп, я никогда не думала, что еще когда-то в жизни смогу искренне сказать эти слова

мужчине. А теперь… — опускаюсь рядом с ним на колени, обхватываю его лицо руками, — Я люблю

тебя…

Целую. И дальше наш мир сужается до вот этой поляны и сплетенных сердец.

* * *

— Влад, ты во что вляпался? — спрашиваю друга, глядя на него через зеркало.

— Регин, ей помощь нужна! — а в глазах… другие они у него стали.

И то, что он мне рассказал, не очень нравится. Влад стал мне другом. Да, в прошлом он

совершил много ошибок, но мне он помог. Он единственный протянул руку, когда я загибалась. И

сделал он это не из корысти. От всей души. Я это знаю.

У него доброе сердце. И когда он осознал ошибки прошлого, он кардинально изменился. Даже

Оля его простила. Они сейчас отлично общаются. А ей было за что на него обижаться. Но все

осталось в прошлом.

И вот сейчас, учитывая то, что он мне поведал, я переживаю. Очень меня настораживает эта

история.

— По-моему, тут нечто другое, — прищуриваюсь.

— Я разберусь. Но в стороне стоять не буду, — упрямо поджимает губы.

— Ты у нас в спасателя превратился, — качаю головой.

— Это лучше, чем то, кем я был.

— Всему надо знать меру, Влад.