Книга Всё, что осталось за кадром, страница 93 – Лия Султан

На прикроватной тумбочке звонит телефон, и я могу на сто процентов сказать, что это родители. Они всегда поздравляют первыми.

— С днём рождения, моя девочка, — мамин голос тёплый, но в нём сразу слышится тревога. — Мы тебе дозвониться не могли, я уже начала паниковать. Почему видео не включается?

Я улыбаюсь, прижимая телефон к уху и глядя в потолок, где медленно вращается вентилятор.

— Мам, тут позавчера в Непале заблокировали кучу всего. Социальные сети, YouTube, WhatsApp, Instagram — всё лежит.

Мама тяжело вздыхает. Я прямо вижу её — как она стоит на кухне, в фартуке, с телефоном в руке и хмурится.

— Вот так уже третий год подряд, — говорит она. — Уезжаешь на свой день рождения, и мы тебя не видим. Ни обнять, ни поцеловать.

— Мамочка, ну что ты переживаешь? — мягко перебиваю я. — Прилечу — отметим. Мне так комфортнее. Правда.

Она молчит секунду, потом соглашается, как всегда, чуть неохотно:

— Ладно. Главное — береги себя.

Потом трубку берёт папа и поздравляет быстро, чтобы не тратить мои единицы.

— С днём рождения, Макося. Будь здорова и счастлива. Мы гордимся тобой.

Он успевает сказать мне самые важные слова, и я на прощание говорю, что очень люблю их.

Я кладу телефон и какое-то время просто лежу, прислушиваясь к себе. В прошлом году в этот день я была в Италии, в этом решила рискнуть. Это мой второй день в Непале. Вчера мы прилетели после обеда, дорога сильно вымотала, и я заснула сразу, едва голова коснулась подушки.

Сегодня экскурсия по столице. Катманду встречает нас густым, плотным воздухом, запахами пыли, специй и благовоний. Я всё снимаю и фотографирую, чтобы потом смонтировать рилс о путешествии. Тоже моя маленькая традиция.

Площадь Дарбар — сердце города. Дворцы, резные окна, статуи, которые смотрят сквозь века. Мы посещаем дом-храм Живой Богини Кумари — покровительницы королевских династий, а затем едем к буддийской ступе Сваямбунатх, которой более двух тысяч лет. Это одна из самых священных ступ в Непале, и находится она на вершине холма на западе Долины Катманду. Далай-лама VII говорил, что эта ступа — источник счастья всего мира, а произнесённые здесь молитвы имеют «в 13 миллиардов раз» большую силу.

Я не особо верующий человек, но почему-то здесь чувствую спокойствие и тишину внутри. Словно кто-то выключил фоновый шум в голове и душе, словно на то время, что я здесь, мне велели просто быть и прислушиваться к ощущениям. Я чувствую, как внутри меня крепко сжатая пружина наконец расправляется, и мысли об Артуре встают на паузу. Хотя этих мыслей в последние дни слишком много.

Тем же вечером, когда солнце уже клонится за холмы, а Катманду начинает медленно остывать, я стою босиком на балконе гостиницы с чашкой сладкого чая в руках и смотрю, как город тонет в густом, золотистом мареве.

Телефон вибрирует коротко, но я отвечаю не сразу. Даю себе секунду — вдохнуть, выдохнуть, собраться с духом.

— Да?

— С днём рождения, Мара.

Его голос чуть хриплый, низкий, спокойный, словно он стоит не в тысячах километров от меня, а за спиной. На мгновение мне кажется, что я ощущаю его присутствие.

— Впервые за девять лет, — задеваю я.

— Я не мог не позвонить. Хотел услышать твой голос.

Связь неидеальная, и я боюсь, что сейчас она прервётся — деньги на телефоне вот-вот закончатся.