Книга Всего одна ночь, страница 18 – Лия Султан

— Мам, а это кто? — спрашивает он звонко, и сердце ломается окончательно.

Я сглатываю, опускаюсь на одно колено, чтобы быть с ним на одном уровне.

— Я… — голос дрожит, — я мамин друг, Тимур. Меня зовут Амир, — протягиваю ему руку и он сразу касается моей ладони своими маленькими пальцами.

Я поднимаю взгляд на Лену. Она стоит бледная, прижав ладонь к губам. И впервые я вижу в её глазах не упрямство и не холод, а страх.

— Мам, это друг? — спрашивает Тимур.

— Да, вождик. Это очень старый друг.

— Вождик? — переспрашиваю я и вновь смотрю на сына. В том, что он — мой сомнений больше никаких.

— Да, — кивает он. — Я мамин вождик.

Хмыкаю, затем улыбаюсь и не в силах сдержаться, притягиваю к себе малыша и крепко обнимаю его. Какой он маленький, смышленый, удивительный.

В квартире раздается звонок. Лена открывает дверь, коротко переговаривается с курьером, называет код получения посылки и желает ему доброй ночи.

— Это мои чешки, — сообщает Тимур. — В сад.

— Ты ходишь в сад? Тебе там нравится?

— Да. Мы каждое утро ходим, а потом мама работает, а баба с дедой меня забирают, — все докладывает мне мальчуган.

— Тим, а давай я разрешу тебе немного поиграть на планшете перед сном, — повернув голову вижу Лену с айпадом в руках. Пятнадцать минут и пойдем спать, да?

— Да! — радуется Тимур. — Можно половить золото?

— Можно. Вперед!

— Пока, друг, — машет он мне рукой, забирает у мам планшет и бежит сломя голову в кабинет.

Он поворачивается и уходит, но оборачивается ещё раз, бросает на меня последний любопытный взгляд. Дверь захлопывается, и тишина становится невыносимой.

Я встаю и поднимаю глаза на Лену.

— Почему, Лена?! — мой голос звенит от ярости, но я держу себя, чтобы не сорваться в крик, — Ты знала, где я, знала, где я работаю и промолчала?!

— Я… я не хотела никого в своей жизни, — признается она тихо, чтобы сын не услышал. — Ни тебя, ни другого. Я хотела тишины и только сына.

Я в ярости делаю шаг вперёд, и она отступает к стене.

— Тишины?! — выплевываю я. — Ты называешь тишиной то, что оставила ребёнка без отца? Лишила его папы, а меня сына? Могла бы сказать.

Она вскидывает на меня голубые глаза, и в них отчаянное упрямство. Согласен, тон я выбрал так себе, но как же меня скручивает сейчас.

— Во-первых, даже если ты мой начальник, это не дает тебе права говорить со мной в таком тоне. Я у себя дома, а не в твоем кабинете.

Эти слова бьют точно кулаком в грудь.

— Тимур Борисович Морозов. Ты серьезно?

— А что такое? — фыркает она. — Этим в нашей стране уже никого не удивишь. И это фамилия и отчество его любимого деда.

— У него есть еще один дед.

Лена знает, что я прав. По лицу вижу.

— Ты никогда меня не поймешь. Я очень долго его ждала, — выдыхает она. — Я его вымолила, еле его выносила, боялась потерять. А я могла.

— Почему ты не сказала?! — с горечью спрашиваю я и касаюсь ее предплечья. — Я бы помог, я бы все сделал ради него. Не забывай, что я тоже участвовал.

— Ну вот не сказала, — шепчет она с вызовом. — И да, спасибо за участие. Тут мне нечем крыть. Можешь злиться, кричать и ненавидеть меня. Но в тот момент я не смогла переступить через себя. У меня была одна цель — во что бы то ни стало родить его. Я несколько раз чуть не потеряла Тимку, лежала в больнице. Только Бог знает, чего это мне стоило.