Книга Ветер в кронах, страница 119 – Елена Лабрус

Во время аварии Катя получила сотрясение мозга, перелом лодыжки и множественные ушибы. Андрей сказал, что каким-то чудом Глеб умудрился развернуть машину от пропасти и принял весь удар на себя. Глебу не хватило каких-то пары метров или нескольких секунд для манёвра, в результате которого они бы выжили оба. Но он успел спасти только Катю.

Андрей приехал на место аварии первым. Глеба он застал ещё живым. В отличие от Кати, он был в сознании и умер уже в больнице. Андрей же и занимался всем, что касалось Катиной госпитализации.

Оправившись от сотрясения мозга, она переживала, что потеряла ребёнка. Но когда узнала, что это не так, категорически отказалась оперировать сломанную лодыжку, потому что это требовало наркоза и было опасно, прежде всего, для плода.

Что она почувствовала, когда она узнала, что Глеб погиб, она предпочитала никогда не вспоминать.

Всю беременность она не могла ходить. А угроза выкидыша и совсем приковала её к постели. После месяца в краевом центре её перевезли в Москву, а потом она осталась у бабушки в Снежиче.

Если бы не отцовский ноутбук, что починил Димка. Не дневники. Не книга. Катя понятия не имела, как бы держалась. Она и представить не могла, когда говорила со Шпиль, что сесть за книгу ей придётся так скоро. Если бы не ровный голос Шпиль.

Катя с таким энтузиазмом включилась в работу, что «Ветер в кронах» закончила до родов. Рукопись была отдана Насте — Димкиной, теперь уже, жене, которая полностью взяла на себя хлопоты по её публикации. А у Кати с рождением Ваньки начались совсем другие заботы.

Если бы не мама, не Герман, не бабушка. Всё же семья у неё самая лучшая. Катя была крайне признательна всем.

Но львиную долю всех тягот, забот и расходов всё же тянул на себе Андрей.

Её серьёзный, милый, терпеливый, самоотверженный Андрей.

Всего на несколько минут он опоздал к автобусу. Но кто знает, как сложилась бы Катина история, если бы он не опоздал. Он ехал за автобусом до ближайшей остановки и только когда выяснил, что Кати в нём нет, бросился вдогонку.

Авария случилась почти у него на глазах.

Но что бы Катя ни делала, как ни убеждала себя, как ни была ему благодарна за всё, она никак не могла ему простить, что это он сказал ей про смерть Глеба. Словно именно он в ней виноват. И это совершенно иррациональное, несправедливое к нему чувство заслоняло для Кати все остальные.

Что бы Андрей ни делал, он был не Глеб.

Она изводилась сама и изводила Андрея, не в силах с этим справиться.

Когда Ваньке исполнилось полгода, лодыжку, сросшуюся неправильно, заново ломали и оперировали. Потом ещё одна операция. Наконец дело шло к полному восстановлению. Но именно его, как и чтение отцовских книг, Катя всё оттягивала и оттягивала.

— Скажи, — обратилась Катя к Андрею специально при бабушке, которая всегда отличалась житейской мудростью, умела и поддержать, и вовремя остановить Катю, не позволяя перегнуть палку. А вопрос был для Кати очень важным. — Ты подумал над моим предложением?

— Кать, — промокнул он рот салфеткой и откинулся на спинку стула. — Я искренне не понимаю. Зачем? Почему именно сейчас? Я всё же предлагаю после свадьбы.

— Чего ещё от тебя хочет эта принцесса на горошине? — насильно, но бабушка всё же докормила Ваньку (Катя устала с ней бороться) и, вытащив его из детского стульчика, теперь держала на руках.