Книга На букву "М", страница 68 – Елена Лабрус

Дамы не скупились. Дамы были полны азарта и настроены пить и гулять напропалую.

Сама себе удивляюсь, но я с таким удовольствием съела свой стейк, словно меня год не кормили. Хорошо залила его красным вином. И снова взяв до дома такси, чувствовала себя прекрасно. Не помню, когда вообще за всю жизнь я чувствовала себя так уверенно и безмятежно. Я точно знала, что делаю. Точно знала зачем.

И не сомневалась, что Дрим приедет.

Распахнула дверь в халате на голое тело.

Дрим стоял в кожанке, опираясь на косяк и слегка наклонив голову. В одной руке у него был букет, в другой — бутылка шампанского.

— Проходи, — отступила я вглубь квартиры и снова не дрогнула. Пока он раздевался, поставила в вазу букет.

Говорить не хотелось ни о чём. Да и не о чем нам было говорить. У него был такой взгляд — в нём всё читалось без слов.

Мы встретились где-то по центру комнаты. На столе, подоконнике, тумбочке горели щедро закупленные Леркой вот для таких свиданий свечи. И я решила не экономить на своей первой ночи.

— Софи, — он запустил руку в мои распущенные волосы, подхватил за затылок и зашептал, нагнувшись к шее: — Моя сногсшибательная Софи.

— Дрим!

Он удивлённо отклонился.

— Я думал, мне в ресторане показалось. Дрим? Почему?

— Ты же мечта, — улыбнулась я. — Поэтому я зову тебя Дрим. Ты не против?

— О нет, нет, — ходуном ходила его грудь, когда он снова подтянул меня к себе. — Называй как хочешь, — выдохнул в губы. — Только называй.

Как же хорошо, что он меня держал. Голова от его поцелуя кружилась так, что хотелось просто откинуть голову, и отдать ему это тело в собственность. Уверена, он знает, что с ним делать. Хотелось остаться в его руках и больше ни о чём не думать. Но всё же я нашла в себе силы отстраниться.

— Я должна тебе кое-что сказать.

— Если ты о… — он засунул руку в карман, похрустел там фольгой презерватива.

— Не только. Дим, ты будешь первый.

Ни «э-э-э», ни «что?!» как обычно говорят в таких случаях, не сорвалось с его губ. Он просто молчал, глядя на меня так, словно я сказала, что беременна от него. «Не может быть! Ты?! Как?»

— Ты — девственница? — уточнил он спокойно.

— Да, — кивнула я. И в следующий момент, когда он растянул в улыбку свои потрясающе красивые губы, поняла, что это был самый правильный выбор, что я когда-либо совершала в жизни.

— Тогда мы сделаем всё немного по-другому, если ты не возражаешь.

— Нет, — пожала я плечами, даже не зная, чему возражать.

— Пять минут, — отпросился он у меня на кухню.

И я слышала, как он говорит по телефону. Но только обрывки фраз.

— Нет, сейчас… Да, нас устроит… Нет, чёрные или красные… Лепестки обязательно… А за отдельную плату?.. Ну вот видите, а вы говорите невозможно…

Я отошла подальше, чтобы не подслушивать и самой себе не портить сюрприз. Но, кажется, догадалась, куда мы едем, когда он приказал:

— Одевайся. Обещаю, этот день тебе захочется вспоминать.

Честно говоря, мне уже будет что вспомнить. Его шоу. Его первый поцелуй. Его готовность едва не звезды с неба бросить к моим ногам.

Но пока, оказавшись в роскошном номере для молодожёнов, я шла по розовым лепесткам.

Шла с завязанными глазами, от распахнутой двери спальни, в тончайшем шёлковом пеньюаре, что он вручил мне в гостиной — переодеться, и чувствовала, как лепестки холодят босые ноги.