Книга Моя и точка!, страница 58 – Елена Лабрус

— Ох и выдумщица ты у меня, — махнула мама. — Ладно, ушла я спать, — и качнула сокрушённо головой, выходя. — Арабский шейх! Придумает же.

Ия слышала, как в маминой комнате ещё работал телевизор, когда ходила проведать девчонок, выключить свет в гостиной и проверить заперта ли входная дверь.

Волосы ещё не просохли, когда она забралась в кровать и воткнула в картридер карту памяти, что дал Марко.

И первый же кадр, с которого началась запись, заставил её в шоке закрыть рукой рот: камера дрогнула, когда входная дверь в гостевом домике хлопнула. Марат за руку затащил в неё Алию, с силой захлопнул и зло зашептал:

— Ты с ума сошла? Ты какого хрена сюда припёрлась?

Глава 54

Ия плохо помнила, как заснула. Зато прекрасно помнила, как доходя до конца, она включала короткий видеоролик снова и снова.

Совершая пробежку в густом утреннем тумане своего первого рабочего дня, она всё ещё думала о пощёчине, что Марат отвесил Алие за то, что она посмела ему возразить. (В этот момент записи Ия каждый раз думала как Луд был прав, когда говорил, что муж мог бы её ударить. Теперь она наглядно видела — мог). И следом перед глазами возникали его каменные ягодицы, совсем как Ия себе представляла — белые на фоне загорелой спины, — что ритмично напрягались между стройных бёдер сотрудницы «БиЭндБи», которую Регина чуть было не оставила вместо себя за директора.

Эта волоокая как лань Алия, гибкая и смуглая, стонала как выпь, хрипло и беспрерывно под напором её мужа, и выгибалась, подставляя ему задницу, простив и оплеуху, и злость, лишь бы он поглубже воткнул в неё свой член. И потный от усердия Марат долбился в её влажную щель, кряхтя от удовольствия и сминая ладонью её подрагивающие упругие грудки.

Контрастные струи душа, как и холодный туман, не прогнали это виденье. Ия видела ещё пустой гостевой домик, где не было вещей Марко. Но эти две камеры: одна в прихожей-кухне, а вторая — в спальне, вызывали в ней ледяной озноб не тем, что записали. А тем, что уже стояли там, когда и она на той же кровати, уже застеленной другим, свежим постельным бельём стонала и извивалась под неукротимым напором Марко. И она точно знала, что эта запись у Марко тоже есть.

Она спустилась в кухню, когда ещё не было восьми. Но свежий и покрытый аккуратной щетиной как тепличный огурчик, Марко там уже был.

— Привет! — подскочил он ей навстречу из-за стола.

Его ладони, скользнув по талии и спине, подхватили Ию за шею. И её голова, оказавшись в горячей пригоршне его рук безвольно откинулась, давая волю его губам.

Ия вытерпела его обжигающий, пахнущий кофе поцелуй, не ответив. И Марко упёрся в неё потемневшим взглядом, но так и не отпустил.

— Просто совет? — не мигая глядя на хмурую складку на его переносице, спросила она. — Значит, «развестись» — это был просто совет?

Его красивые полные губы дрогнули в улыбку.

— Это и сейчас совет. А что в этот раз увидела ты?

— Угрозу, Луд, — высвободилась она. — Раз эти камеры стояли там неделю назад, когда мы с девочками ездили к маме, а к Марату приезжала Алия, значит, стояли и в ту ночь.

— Да, — уверенно кивнул он, изогнув одну бровь и рассматривая её с интересом.

— Чего ты хочешь?

Он усмехнулся.

— Для начала предложить тебе завтрак. Чай? Кофе? Может, протеиновый коктейль?