Книга Элемента. N, страница 173 – Елена Лабрус

Говорили, Страж единственный слышит Поющие Метки, и это они «напевают» ему о чём думает каждый посетитель, поэтому его едкие как кислота насмешки всегда так точно попадали в цель. Страж обязан был задавать всем входящим вопросы о цели визита, длительности пребывания на территории Замка и заносить всё это и прочие формальности, такие как имя и фамилию, в журнал. Но вместо этого он просто поднимал свои глаза от книги, которую читал, и сообщал что-нибудь определённое: «Сочувствую, Карл, что замок на ширинке сломался в такой неподходящий момент!» или «На вашем месте я бы избавился от этой кошки, Луиза. Её мочой несёт за соловецкую версту!»

Если приходилось навещать или покидать в Замок больше одного раза в день, то это превращалось в настоящую пытку, особенно если в Переходе было многолюдно. А уж вести с ним разговоры просто так, а не по необходимости — добровольцев не было. Кроме Беаты, как неожиданно выяснила Агата.

По дороге к комнате Заиры они как раз поравнялись с помещением Перехода, и Беата, выхватив из кучи несколько пушистых змеек мишуры, рванула прямо к сидящему там Стражу.

— Она сумасшедшая что ли? — прокомментировала её выходку Заира, но Агата в ответ промолчала.

— Здравствуй! — услышали они радостный голос подруги, хотя для Стража это была немая сцена.

Заира осуждающе покачала головой и отошла, а Агата продолжала стоять так, что видела свою полоумную подругу. И та предлагала Стражу мишуру разных цветов как бродячая торговка свой товар. Агата внутренне напряглась, ожидая, как он её сейчас жестоко осадит, но, невероятно, он согласился на красную. Что за странное предпочтение к красному цвету у всех сегодня?

Беата обмотала блестящими украшениями пару светильников на стенах, разложила на столе и радостно выбежала — продолжить путь.

— Почему он всегда работает один? — спросила Беата, когда они отошли от Перехода.

— Потому что никому не доверяет, — ответила Заира уверенно.

— А когда уходит? Должны же быть у него какие-нибудь дела? — спросила Агата.

— Он закрывает Переход.

— То есть у него есть право не впускать кого-то или не выпускать? — оглянулась Беата.

— Нет, но приходится ждать его перед дверью, — удивила её Заира.

— А если с ним что-нибудь случится? — поддержала подругу Агата, — Если он уйдёт и не вернётся? Потеряется, заблудится в Замке? Если его запрут или похитят? Ведь он единственный Страж! Что же тогда будет с Переходом?

— Ничего, — хмыкнула Заира. — Переход будет работать и без него. Тем более, что это просто парадный вход, а все Ангелы и так пользуются служебным. Или Белые Ангелы выходят вместе с посетителями в одну дверь?

— Конечно, нет! — возмутилась Агата. — Это Вы притаскиваете свои души какими-то окольными путями. А наши двери ведут сразу из Родового зала. Там не сидит охрана, но туда и так непросто попасть.

— Глупая, этот Переход между Замком и миром живых един. Просто, чтобы мы друг с другом не пересекались, его оформили разными дверями, которые на самом деле лишь видимость. Вы называете его Пределом, думая, что он и есть граница Замка, что он отделяет живых и мёртвых. А Предел — это и есть Туман, то, что отделяет наше измерение от человеческого. Когда были живы старые боги, этой границы не было, все люди мира жили вместе и только боги в своём замке. А новые боги хотели, чтобы алисанги жили отдельно от остальных людей и были как они бессмертными. Но старые боги не позволили им этого, тогда и произошло Великое Стирание Памяти и возник Предел. Старые боги погибли, или были заточены в те шары, что сейчас ожили, но и новые боги лишились бессмертия и потеряли свою власть в той войне.